The City of Chicago

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The City of Chicago » Чикаго /the city of Chicago/ » Лаунж /Executive club lounge/


Лаунж /Executive club lounge/

Сообщений 1 страница 30 из 130

1

http://i009.radikal.ru/0911/6a/1e1a14a7c22d.png

2

Сегодня Большое Событие, День рождение молодого и талантливого бизнесмена, Арно де Монсальви; правда, некоторые предпочитали называть его денди и избалованным молокососом, но современное общество вообще такое едкое, с трудом переносит достижения рядом стоящего.
Пройдет благотворительный аукцион, где каждый желающий сможет блеснуть своим богатством, эстетическим вкусом и прочими светскими добродетелями. Греть вас должно понимание, что все деньги переходят на лечение детей больных раком.
После будет банкет и поздравления имениннику. Не забывайте повесить карточку на самый большой подарок!
А так как на вечере соберется весь цвет общества, как и положено, во избежание всяких неприятностей, на входе вас проверяют на металлоискателе специально нанятая де Монсальви бригада служащих.
P.S. Леди и джентльмены, не забываем о нарядах соответствующих случаю: вечерние платья и смокинги.

3

Мари вышла из машины, держа в одной руке пакет (в таких обычно носят одежду, чтоб не запылилась), а в другой огромную картину, замотанную в коричневую бумагу.
«Может, Канна и права, мне действительно нужен помощник»,- проворчала девушка, пытаясь сообразить, что теперь ей необходимо делать.
Двери гостиницы услужливо открылись, не менее добрые люди забрали у нее картину и пакет, а миловидный паренек проводил ее до номера. Все же, было хорошей идей снять здесь комнату на сутки, разом решило множества проблем. Златовласка приняла душ, прогнала в уме все предстоящие продать вещи и нырнула с головой под воду. Трусливая мысль, что еще не поздно сбежать мелькнула в голове, но эта самая часть тела тут же появилась над поверхностью воды с тяжелым вздохом.
«Если бы мои предки сбегали каждый раз, Эвергейты прекратили бы свое существование еще при королеве Виктории»,- после этой краткой речи, Мария несколько приободрилась. Художнице не раз приходилось выступать перед публикой у себя в галерее, во время аукционов, выставок и прочего, но сейчас что-то было иначе, а она никак не возьмет в толк, что именно.

Мари еще раз посмотрела на свое отражение в зеркале, поправляя золотую материю платья, прошлась расческой по волосам и тут в голову снова полезли нехорошие мысли. Завтра была ее собственная выставка и целый ворох незавершенной работы, а с другой стороны, этот вечер должен был стать весьма и весьма любопытным. Еще бы, Арно де Монсальви был личностью не то чтобы публичной, но известной.
«С определенной репутацией»,- если быть точной. Эвергейт усмехнулась своему отражению и перевела взгляд на длинные пальцы с черным лаком.
То, что сегодня будет твориться в главном зале гостиницы… настоящее театрализованное действо, где актерами будут сильные мира сего вперемешку с обычными смертными. Оба эти контингента прекрасно «держали лицо»  по отдельности, но вот сведенные под одной крышей… Мария и согласилась, лишь после того, как ей список приглашенных показали. Нет, в самом деле, чтобы вынести это необходимо не только терпение, но и здоровое чувство юмора.
В дверь постучал швейцар, предупреждая о прибытии гостей (графиня попросила его об этом перед тем, как он покинул ее комнату пару часов назад).
«Господи, ведущая аукциона»,- она не знала, то ли смеяться, то ли плакать. С ее статусом и такая должность.
«Милая, это будет весело, к тому же, мы находимся на 15 этаже и прыгать из окна не самый лучший вариант,- увещевал голос,- да и платье ты только купила, нужно его показать этим напыщенным снобам»,- вытащило туз из рукава сознание и довольно улыбнулось, почувствовав победу.
Графиня показала своему отражению язык, дернула себя за ухо и вышла из комнаты.

Вечер обещал быть на редкость занимательным.

4

Это был самый ужасный день из всех когда-либо пережитых детективом. Это треклятое платье постоянно норовило соскользнуть с груди и держалось там на честном слове, черные туфли уже через пятнадцать минут начали давить, и Фей была уверена, к концу вечера ноги превратятся в кровавое месиво. А парик, он был пиком недовольства этого теплого апрельского дня. Единственным светлым воспоминанием был разбитый нос Бредшоу, когда тот вытащил из коробки белое нечто и заявил, что Родригез необходимо или перекрашивать, или использовать эту «штуку».
Белесая ручка поправила золотистый локон, заправив за аккуратное ушко, бледные губы были чуть поджаты, а голубые глаза смотрели прямо перед собой. Даже родинку пришлось убрать, отчего-то, без нее, Фей чувствовала себя голой.
Да уж, в этом виде ее бы и родная мать не узнала, бразильянка сама еще не привыкла к преображению, и с удивлением ловила отражение на гладких поверхностях и в зеркалах.

После встречи с Юджином, ее срочно вызвали в участок, сообщив о предстоящем большом мероприятии в гостинице Sheraton Chicagо. День рождение Арно де Монсальви (Фейт чуть язык не откусила, когда услышала это имя), благотворительный аукцион и прочая светская дребедень, когда взрослые дяди и тети будут делать вид, словно их заботят голодающие в странах третьего мира, дети, больные раком и что они просто обожают именинника.
«Ярмарка тщеславия»,- латиноамериканке хотелось визжать от окружающего, и с каждым разом становилось только хуже, по мере прибытия гостей, Фей уже мысленно перечитывала уголовный кодекс, в надежде найти лазейку, где сказано о безнаказанном убийстве толпы снобов.
«Но ты здесь как раз для того, чтобы ничего не произошло, ровно, как и остальная часть полицейских»,- устало напомнила себе, ловко проскочив мимо молодой женщины.
На вечере должен был присутствовать мэр города и еще целая куча «титулованных» особ, вот Шеф и посчитал, что для всяких психов и наемников, просто потрясающий шанс «пострелять», а они, как блюстители порядка (твою ж мать, сколько патетики) должны проконтролировать все. И нет же ж, не как нормальные люди, а обиходом, ибо месье де Монсальви не сильно обрадуется вмешательству правоохранительных органов.
«А мне теперь мучиться»,- мысленно простонала, не снимая с лица приветливой улыбки, и придерживая на руке уже пустой поднос. Вечеринка еще не началась, а дражайшие гости во всю накачивались спиртным….
Родригез скрылась в кухне, по пути сделав знак глазами высокому парню с перебитым носом, он едва заметно кивнул и обворожительно улыбнулся пожилой матроне, после чего последовал за блондинкой. Фей не остановилась, пока не дошла до морозильной камеры, прикрыла дверь за мужчиной и повернулась к нему с обманчиво мягкой улыбкой.
-Костюм ведь был твоей идеей, прелесть,- чуть ли не проворковала женщина, только голубые глаза сверкнули.
-Тихо-тихо,- официант покосился на бейджик,- Люси,- прыснул,- тебе идет это имя. А что ты предлагаешь? У тебя ж на лице написано – КОП, большими такими буквами, чуть ли не светятся. В таком виде мы хоть лампочки прикрутили, а если ты постараешься быть милой, то никто ничего не заподозрит,- добавил, примирительно подняв руки.
Фей все еще злилась из-за этого маскарада, но поднимать кипишь не стала, только прислонилась к холодильнику и пристально посмотрела на напарника.
-Ладно, прибью тебя, когда выберемся отсюда,- женщина поежилась от холода, сделав шаг по направлению к выходу,- присматривай за типом в красной повязке на талии,- бросила через плечо, но тут же нацепила безмятежно-невинное выражение и показалась из холодильной камеры.
А платье все так же сползало, туфли терли, а парик просто раздражал свои м наличием.
Вечер обещал быть чертовски длинным.

5

-Люк! Басовая бочка забивает низы –объявила Канна в микрофон смотря в упор на ударника. По всей видимости тот факт, что саундчек начавшийся с самого утра затянулся до наступающего вечера , мало заботил певицу.  Музыканты косо поглядывали на «зазвездившуюся сучку», Фэрчайлд посылала  им столь же «приветливые» взгляды. Работа! Так всегда со сборными коллективами, которые сформировывали на единичные выступления подобные этому. Куча мала, а все должно пройти без сучка, без задоринки!
У американки был кроме профессионального стимула, также и личный. Этот бизнесмен, Арно де Монсальви , вот уже некоторое время покровительствовал звукозаписывающей компании с которой Канна крепко повязана и как выяснилось, конкретно ей самой. Лестно…и жутковато, надо признаться. Конечно, там крутились  немалые суммы, но девушка предпочитала быть творческой единицей, а ей отчего-то казалось, что неровен час вляпаться в какую-нибудь сомнительную историю.Взять хотя бы  вчерашнее неприятное происшествие: прямо из студии выкрали свеженький сингл , который еще не успел выйти в "свет".Фэрчайлд психовала, вопила как ополоумевшая, ножкой топала...В душе же смирилась с проблемами, которые непременно наступят  от «пиратов» промышляющих сбытом подобного эксклюзива. А тут нате и  покровительственная длань де Монсальви преподнесла  украденное восвояси…Канна поежилась. Не по себе от осознания, что существуют силы способные решать катастрафичные для нее проблемы легко, словно по мановению волшебной палочки. Усмехнулась. Тоже мне  крестный фей. И все-таки благодарность  теплом гнездилась где-то внутри и хотелось выложиться сегодня на все сто.
Администратор отеля подошел к сцене и вежливо сообщил, что первые гости прибыли и пора сворачиваться. Оk, да  без проблем! Музыканты отправились передохнуть и  привести себя в порядок. Сама же  певица, улучив  время  в перерыве между репетицией навела красоту, подгоняя гримера чуть не розгой.
Вздохнула подавляя ухмылку. Кажется, она стала через чур требовательна. Справедливо, если учесть что и из себя она выжимает равноценно.
Кажется она заметила белокурую головку Мари, которая шествовала в сопровождении швейцара мимо ее скромной персоны.  Что ж,  свои люди в тылу светских львов приятный бонус. Ого..Клавишник Марсель Легран задержался у своего иструмента. Какой обязательный, однако. На лице американки обозначились ямочки вызванные улыбкой.
-Что скажешь насчет очередного  шедевра Келети? -Фэрчайлд обратилась к нему, когда француз также оказался в общем зале. Речь шла о популярном композиторе Януше Келети, который написал музыку к сегодняшнему благотворительному вечеру. Всем пиарам пиар.
-Твоя партия звучит великолепно- без тени лести. К слову, Легран был единственным кто радовал ее слух во всем этом музыкально-звезном бенде зарвавшихся сосунков. Каждый хотел выставиться выжимая из инструментов невозможное и только Легран вел свою партию плавно и вдумчиво, не нарушая гармонии композиции.

6

Саундчек прошёл "среднестатистически-фигово", как бы выразился Марсель, если бы он играл не с молодой перспективной певицей, а с каким-нибудь чернокожим саксофонистом, "своим в доску".
Сидя за клавишами он поморщился - барабанщик несколько раз удостаивался особого внимания Канны Фэрчайлд, приходилось играть сначала. А собственная партия, когда ему нужно было просто играть заготовленную заранее мелодию, а не импровизировать по ходу, успела поднадоесть. Тем не менее, мужчина оставался целиком на стороне певицы. Всё должно было звучать идеально! Пела она превосходно, это он сразу признал.
Марсель остался безучастным к явлению администратора. Леграна занимал в тот момент синтезатор, на котором он играл не так часто, предпочитая электронному инструменту рояль. Он глубоко вздохнул, и быстро пробежался пальцами по клавишам, пока музыканты спрыгивали со сцены. Один из молодых задержался, чтобы хлопнуть его по плечу и восхищённо что-то сказать. Он не услышал что, просто кивнул, и продолжил играть "Beth" группы KISS.
"Очередное скопление народа. Чёрт! Вечно меня угораздит найти место, где их так много... Надеюсь, вино тут хорошее!"
Мысль о напитке заставила мужчину покинуть сцену, и спуститься в общий зал, чтобы поискать бар. Он никого не знал лично, и никто нарушить его уединение не пытался. Собранные в хвост волосы заставляли француза хмуриться. Без шекочущих прикосновений растрёпанной гривы к щекам, он чувствовал себя голым. Да ещё эта бабочка! "Чёрт!" - он оттынул надоедливую деталь костюма указательным пальцем, и поморщился.
Приятный женский голос, прозвучал так неожиданно, что внутренне Марсель даже дрогнул.
"Что? Меня с кем-то спутали?" - с этой мыслью, мужчина повернулся к говорившей, и расслабился. Это была Канна.
- О да, Келети. Неплохо. - ответил он негромко. - Я лишь играл по нотам. Ничего особенного... Слушай, не подскажешь, где тут бар?
"Выпить полусладкого вина, всего полбокала. Чёрт, от этого скопления людей уже голова трещит!"

Отредактировано Марсель Легран (2009-10-28 14:46:52)

7

Припарковав машину недалеко от Отеля, Клемент сунул ключи в карман и, открыв дверь, внимательно огляделся. У него была очаровательная привычка останавливаться посередине самой большой лужи, даже в сухую погоду. Порой ему казалось, что если он будет проездом по Сахаре, там он тоже остановит машину прямо в центре воображаемого оазиса и промочит ботинки.
Захлопнув дверь, Клемент не спеша направился к главному входу в здание. Засунув руки в карманы, он на несколько минут остановился перед отелем. Здание в резкой перспективе уходило в черное небо, освещая пространство вокруг себя желтым светом прожекторов и многочисленных окон. Хороший обзор на отель был с другой стороны реки: там открывалась целая панорама, и решив, что отелю такого уровня явно не хватает помпезности во внешнем декоре и списав архитектора в минус, Клемент поднялся по ступенькам и зашел внутрь с дежурным скептическим выражением на лице. Швейцар открыл ему дверь и мужчина, минуя холл и несколько коридоров, вошел в главный зал, где и проходил аукцион, и по совместительству прием по случаю дня рождения небезызвестного де Монсальви. Остановившись в дверях, Клемент поискал глазами знакомые лица, но никого не нашел. Похоже, кроме него, не так много приглашенных решили приехать во время, но заметные нотки суеты добавляли официанты, бегающие из одного конца зала в другой, нарушая монотонный гул разговоров.
Клемент прекрасно себя чувствовал на больших вечерах. Все с тем же скептическим выражением он остановился около стены, где висело то самое обещанное «современное искусство». Скосив глаза направо, он заметил странную парочку. Чуть прищурившись, Клемент решил, что девушка ему явно знакома: кажется, про нее несколько раз вдохновенно упоминал де Монсальви, в непрекращающихся разговорах о расширении сферы влияния в шоу-бизнесе. Если верить Арно, она неплохо пела, но это спорный вопрос – Клемент ни разу не слышал ее голоса. Его занимал больше другой вопрос: барышне нужна была отдельная студия звукозаписи, и он с тоской думал, об очередной коробочке в Чикаго, который будет коробить его эстетический вкус, о котором он мог говорить часами. Надо как-нибудь поподробней выяснить про эту коробочку.
Клемент повернулся и, сделав полшага в их сторону, чуть наклонил голову даме и стоящему рядом с ней незнакомому мужчине:
-Вечер добрый, - он выдержал дипломатическую паузу, - не Вы ли та певица, о которой твердит мсье де Монсальви?
Он, конечно, врал: ничего он о ней не твердил, а только несколько раз упомянул, но на то это и была дипломатическая беседа. Выругав себя за французский выговор, он попытался догадаться, кем мог быть этот мужчина, но память не хотела услужливо подбросить ни одного образа.
- Вы уже успели оценить шедевры современного искусства, что здесь представлены? – весьма скептически добавил он. Это была одна из тех взрослых психологических игр, вроде «встречи в музее», когда оппонентам не очень интересно, что висит на стенах – скорее занимателен сам процесс беседы.

8

Улыбнулась еще шире. Совсем ребячливо. Леграну явно было некомфортно на светском рауте, это заметно невооруженным глазом.  Ей то не привыкать лицедействовать для  сильных  мира сего или воображающих себя оными. Главное выглядеть на миллион долларов  да время от времени попадать в ноты. Канна по –хорошему завидовала  Марселю, он явно нашел свое призвание и оттачивал мастерство день ото дня…Она же , заблудшая овечка  в стане более прытких и что там  лукавить, более юных старлеток  наступающих ей на пятки.  Народу хотелось хлеба и зрелищ! Что ж, в этом она не спасует и  как говорится, есть еще порох в пороховницах. Но вот когда она  в последний раз делала что-то для души? Когда  писала стихи для  песни, когда забывалась в работе  увлекаемая  вдохновением? Ответ маячил где –то на периферии сознания , но конкретизировать его не было никаких сил, а  посему.. к черту! Программа дня: Sex & Drugs & Rock & Roll !
-Это я к тому, что  этот самый Келети сегодня вроде тоже явится, хотелось бы посмотреть на этого типа…-отозвалась  американка будто вторя отстраненному  голосу француза. Наверное у  него в голове очередная партитура , а не какие-нибудь суетные мысли смертных…Фэрчайлд подавила смешок услышав  вопрос  музыканта. А, значит он тоже человек? И как бы не замечая  растерянного взгляда  мужчины  дружелюбно ткнула его локоточком :

-У тебя самый что ни наесть  всезнающий гид! Пойдем по рюмочке?
Певица направилась к бару пройдя по периметру  обширный зал. На высоченных шпильках и  в  гламурном платье она себя ощущала эдакой цыпочкой из дешевеньких клипов сопливых  бойз-бэндов и это сравнение показалось ей  до умиления забавным. Фэрчайлд итак улыбалось навлечь на себя  все кары небесные за  явное несоответствие дресс-коду мероприятия, длина ее туалета была  куда короче чем следовало. Ах, ну стоило  ли скандальной диве  напрягать свою хорошенькую головку подобными мелочами? Конечно не стоило, сегодня цвет ее волос позволял ей любые сумасбродства.
Оперевшись о стойку бара самым неприличным образом, девушка позволила  французу озвучить свой заказ. Сама же  не применула  пригубить «Маргариту», как только кокетливый коктейль  оказался в  ее миниатюрной руке:
Хорошо!- воодушевленно и  смачно. Напиток был весьма кстати, но  девушка с тоской подумала, что больше одного бокала она себе не может позволить. По крайней мере, до выступления. Вот, сегодня гример отчитала ее за припухлость и нездоровый цвет лица пеняя на то, что скоро из нее выйдет  форменная алкоголичка и ее спишут в утиль. Канна согласна кивала , клялась и божилась  , что  больше к градусам  не прикоснется, сама же к вечеру надиралась до розовых слоников . Издержки профессии? Подумаю об этом завтра! ( с)
Фэрчайлд обернулась на голос. Да да,  обращались явно к ее сиятельной особе. Интересно, видно было как у нее вытянулось лицо при появлении новоявленного субъекта? Кажется шестеренки проржавели и мыслительный процесс поскрипывая изъеденными коррозией  жердями выдавал скудные заключения. Так, де Монсальви твердит о ней? Твердит?! Отчего-то  захотелось как в  детстве, будучи  трусливой девчонкой залепетать: "Это была не я…Это  мальчик Майкл из соседнего квартала!". Но соседский малыш уже давно мужик что надо,: обзавелся супругой с крутыми боками,  перспективной должностью в банке и ждет первенца. Ой, занесло-то…

-Если упомянутую певицу зовут Канна Фэрчайлд, то вы не ошиблись. Мсье..? -Канна выжидающе  посмотрела на мужчину  подхватывая его манеру вести диалог . Ее смутили два факта: любезный не посчитал  нужным представиться. Это ставило Канну в несколько щекотливое положение , тут и не  втиснешь шаблонное:"Ах, а вы тот самый.. который…из такой-то компании?" Хотя упомянутый де Монсальви уже  заставлял благосклонно прислушиваться к словам незнакомца и кивать  головой  будто китайский болванчик. За сим, не дурно было бы представить  его Леграну  и воскликнуть прозаичное:" О!  Этот  человек талантливый…видный…перспективный…и далее по списку". Второй аспект-это внешность мистера Зеро. Фриковатая наружность молодого человека и  традиционный смокинг. Было в этом что-то такое…что резонировало с его  учтивым тоном завсегдатая элитных тусовок. Кабы не знала  по себе, что судить по внешности дело последнее, то сочла бы что этот джентльмен  из звездной братии сородичей по сцене.
-Весьма, весьма любопытно…- Также обобщенно ответила девушка не смея сознаться , что даже не взглянула на ряд картин выставленных в зале. Ей этих прелестей хватало на выставках в галерее Марии Эвергейт. Кстати, ее картина  сегодня  будет выставлена  на аукционе. Надо хотя бы одним глазком глянуть на мазню художницы, подруга как-никак.

9

Виктор c некоторым сожалением проводил взглядом надежно упакованного "Минотавра". Роберт, его агент, сдав скульптуру рабочим, которые должны были доставить ее к месту аукциона, подошел неслышно и утешительно хлопнул по плечу.
- Жалеешь?
Фон Штейн чуть обернулся и, пожав плечами, увидел, как Минотавр уплывает за угол. Все. Конец. Скорей всего он увидит его в последний раз на аукционе, а затем тот исчезнет навсегда в частной коллекции кого-нибудь из участников, из которых настоящих ценителей искусства, максимум человека три.
Он тяжело расставался со всеми своими "поделками", не называя никак иначе все, что выходило из его рук. На каждую такую поделку уходило время, какие-то свои глубоко запрятанные мысли и труд, иной раз весьма кропотливый. Так было и с этой работой.
- Не знаю. - ответил он, обернувшись, - Честно не знаю. Может нет, может да. Скажи, ты уверен, что все деньги, полученные от продажи, отправятся туда, куда заявляют устроители?  Ну, хотя бы половина, м?
Агент опустил голову и, ковырнув носком начищенной до солнечного блеска туфли каменный бордюр перед входом в  отель, из-подлобья взглянул на скульптора, медленно растягивая губы в улыбке стопроцентного американского прохвоста. Его известность, как махинатора, манипулирующего состояниями и самого хитрожопого аукциониста гремела далеко за пределами штата. Агентом он был лишь из собственного каприза, по велению души и ради высокой тяги к прекрасному, подарившему ему возможность обеспечить безбедное существование далеко не одному поколению своих потомков...
- Четвертая часть максимум, - сказал так уверенно, словно заколотил крышку гроба, и почти тут же вновь стал серьезным, -  Но сам понимаешь, лучше это, чем ничего.
Рассмеявшись его внезапно вспыхнувшей правдивости, Виктор кивнул в сторону вестибюля.
- Идем. Хочу до начала взглянуть в честные глаза устроителей аукциона...

10

Канна произвела на Марселя самое хорошее впечатление, любезно проведя его к бару, и не задавая при этом кучи вопросов. Таких женщин он даже, можно сказать, любил. С ними было приятно выпить. В конце концов, не все на свете умеют только хлопать ресницами и напрашиваться на комплементы. Есть и вполне себе ничего...
Заказав "шардоне", мужчина облокотился на стойку бара и, прищурившись, уставился на свою невольную собеседницу.
- Если Келети и появится, думаю, вряд ли мы его узнаем, mademoiselle, - усмехнулся он краешком тонких губ, запоздало отреагировав на слова молодой женщины.
Его самого редко занимало как выглядит тот, кто написал музыку. Вот кого бы мужчине хотелось узреть, как говорится, воочию - это Шопена.
"Тебе бы я пожал руку, Фредерик!" - не раз повторял Легран, откидывая со вспотевшего лба прилипшие пряди, после яростной пробежки по клавишам. У кого-кого было много страсти - это у Шопена...
Приняв бокал, Марсель некоторое время молчал, со вкусом смакуя напиток и довольно улыбаясь. Он даже посморел на жидкость через свет, и, довольно хмыкнув, продолжил дегустацию.
Люди, что их окружали перестали раздражать пианиста, он мал-помалу стал приходить в хорошее расположенте духа, но от вина обоих отвлёк мужской голос. И голос этот был незнакомым. Коротко глянув на незнакомца, Легран лишь слегка приподнял левую бровь и тихо поприветствовал его:
- Bon soir.
"Чёрт возьми! Два француза в одном зале - это слишком! Хотя этот представляет собой нечто...занятное.", - сказал он себе. - "Теперь я, кажется, могу притвориться ветошью и не учавствовать в беседе?"
Ответ Канны полностью удовлетворяли музыканта. Ему было всё равно, что творилось вокруг. Разного рода игры мужчину не волновали. Марсель лишь кивнул, чтобы присоединить своё мнение к словам молодой женщины, и вновь занялся вином.

Отредактировано Марсель Легран (2009-11-02 12:55:40)

11

Судя по говорящему выражению лица девушки, его вопрос ее явно обескуражил, а если нет, то застал врасплох точно. Ее мимика была поистине занимательна: про такие лица еще говорят, что по ним можно читать, как по открытой книге: на них невозможно натянуть равнодушную безликую маску Венецианского карнавала, когда за разноцветными кружевами и в темноте итальянской ночи не видно даже глаз. А глаза у девушки были очень живые и внимательные.
Вероятно, надо было смягчить формулировку, сделав вид, что де Монсальви тут не при чем. Но это уже было не принципиально: меньше всего Клемент хотел сейчас акцентировать внимание на том, что Канна Фэрчайлд не просто кто-то, а именно певица, потому что познания в современных музыкальных течениях он имел весьма относительные, если не сказать вообще никакие, что и заставило его свернуть вопрос в область «искусства», которое в полной мере было представлено на стенах.
-Жанне, - представился он, чтобы исправить неловкое положение, - Клемент Жанне.
Он глубоко сомневался, что его имя что-то может сказать как девушке, так и ее спутнику, который, поздоровавшись с ним по-французски сохранял отрешенное молчание с видом человека не заинтересованного в происходящем.
Клемент церемонно поклонился, упрекая себя за извечный французский акцент, от которого, за годы, проведенные в Штатах, он так и не смог избавиться.
- А что же из местной профанации Вы находите наиболее любопытным? – спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно, чуть растягивая слова, чтобы акцент был не так заметен. Порой он его сильно раздражал: воспоминания о Франции остались чрезвычайно противоречивые, чтобы вспоминать ее мимоходом: образы всплывали не самые приятные, заставляя чуть поморщиться.
Но все же он любил родную страну и против еще одного француза на квадратный метр совсем не возражал, хотя тот, как казалось Клементу, совсем не изъявлял желание принять участие в светской беседе, и молодой человек снова скосил глаза на девушку, надеясь на то, что после того, как он представиться, она будет смотреть на него менее изучающе.

12

-Рада знакомству – почти внятно пробормотала. На деле же познала Дао – вот они дорожки извилистые куда простираются…Если  Фэрчайлд не изменяла память, то  это имя не то что знакомо, а непосредственно затрагивало ее интересы…Вернее, перспектива их материализации из  аморфных проектов наконец могла закончиться положительным для нее исходом, а именно постройкой объекта отведенного под студию звукозаписи. Большую такую. С  новейшими примочками и  собственным лейблом, непременно. Канна должна войти в долю, так ей объяснил юрист , что явился от де Монсальви с предложением о сотрудничестве. Грубо говоря, Канна будет  фронтвумен этого предприятия, заправлять на оном тоже предстоит ей ( как и подборкой персонала ). Если дело не выгорит,  по халатности ли певицы или по иному непредусмотренному обстоятельству, ан денежки ее плакали и почитай осталась  девочка с носом. Рисково, зато  появилась возможность  избавиться от тугодумов эксплуатирующих ее труд без должной отдачи.
Так, к чему вся эта…прелюдия? Жанне, архитектор  бишь. Ну-ну…Весьма мило столкнуться с  ним не на деловой  территории, хотя чему удивляться -день рождения начальства. И только она хотела сознаться что заочно узнала мужчину,  как предупреждающим  звоночком отозвалось в голове. Незачем  посвящать  Марселя в это дело, все равно что  делить шкуру неубитого медведя. И все же любопытство брало верх, чего не скажешь о явно заскучавшем музыканте. Похоже компания Жанне  немного смущала Леграна и Канна замялась в этом повисшем пространстве заклинивающих контактов.  Невольно вскинув глаза на богему  щеголяющую в модных туалетах , Канна  остановилась на  узнаваемом силуэте. Победная ухмылка  обосновалась на лице и она  перевела горящий взор к  Марселю:
-Я была права,  Келети  объявился. Если хватит духу, можешь  бросить за нас обоих парочку испепеляющих  взглядов и  заявить что его песенка так себе, середнячек!- Канна задиристо рассмеялась , подбивая  доброго знакомого на вопиющий акт неуважения к популярному композитору. Нисколько не сомневалась, что музыканту не будет до оного дело. Архитектор все еще стоял подле и  американка  поняла, что он видимо прощупывает почву и разговор , очень вежливый разговор будет иметь продолжение.:
-Да да, есть  пара  достойных полотен. Признаюсь, вкус у меня  достаточно своеобразен. Но как говорится, лучше один раз увидеть…-Фэрчайлд положила бокал на  стойку бара и  кивнув Леграну произнесла:
-Сбор за кулисами в девять. На всякий…
Канна направилась к ряду  картин, что размещались по  залу в продуманном беспорядке. Осторожничать будем, посмотрим каков будет следующий шаг француза. Живописные дреды мужчины то и дело отвлекали  американку от мыслей о высоком! Перестань пялиться! У ее  бас –гитариста тоже были когда –то  дреды. Только он вплетал в них  деревянные бусины. В одном из туров по Европе у него  во время интервью, в прямом эфире  выпал солидный ошметок волос. Было смешно. Дико захотелось, чтобы у  Жанне тоже отвалилась тугая прядь из сонма косм . Обстановка должно быть разрядилась бы.
Холсты были  испещрены смелыми мазками сочной палитры оттенков. И все же никакого кича: красота женского тела, прелесть цветов. Но во всех работах сквозит  именно современное виденье творцов. Фэрчайлд остановилась перед полотном, техника выделялась сдержанностью тонов и  немного наивной подачей исполнения близкой к стилизации –примитивизм.
На переднем плане совсем юная девушка, нагая. Позади две шеренги столь же голых деревьев. Девочка сидит в позе эмбриона, взгляд- разочарованного смирения.  Была тут претензия на смысл, но так как Канна в принципе думала ассоциативно и в своих скромных обывательских познаниях была весьма скупа на логические заключения, то пользовалась формулировкой» Нравится/не нравится». Эта нравилась. Кажется пастель? Вчиталась в имя автора: Одри Кавасаки.
-Что скажете? Есть в этом божья искра?- было любопытно,  его скептическое выражение  на лице, сменится ли иным ? Не у этой, так у иной  работы.

Отредактировано Канна Фэрчайлд (2009-10-31 01:59:30)

13

В очередной раз поднося бокал к тонким губам, Марсель услышал, наконец, имя своего соотечественника, и кивнул ему, доброжелательно прищурив карие глаза. Имя, как и причёска мужчины, были необычными.
Однако ни вмешиваться в светскую беседу, ни говорить об искустве, в котором смыслил не больше чем в резьбе по дереву, или ядерной физике, француз не собирался.
Появление Келети и последущая за ним задорная шутка Канны заставила Леграна усмехнуться, и даже открыть рот снова:
- Предпочту просто спрыгнуть с крыши. Меньше пыли будет.
" Келети?" -подумал мужчина, разглядывая высокого композитора. - "Чёрт, вот и живой композитор. Интересно, каково это - прийти на вечер, где плод твоих мучений будет мучать новоявленный бэнд юнцов, разбавленный несколькими молчаливыми консерваторскими дядьками? Впрочем, не всё так плохо..."
- Tres bien, - кивнул Марсель в ответ на слова Канны о времени сбора. В отличии от Клемента собственный акцент его нисколько не напрягал, а в речи частенько скользили французские словечки. Кто-то даже находил это очаровательным.
"Главное, не напиться теперь... и найти туда дорогу!"
Когда, стуча каблучками, певица отошла к картинам, снова накатило привычное чувство одиночества в толпе. Стоять около бара до девяти часов - не самое интересное занятие, и Марсель медленно двинулся по залу в противоположную сторону, держа в руке бокал, и слегка покачивая его, чтобы жидкость внутри переливалась по хрусталю. Это зрелище его всегда завораживало. Одно плохо - пялясь на бокал можно было налететь на кого-нибудь в толпе. А это не джаз-кафе, а настоящий светский вечер.
Недовольно откинув со лба надоевшую прядь кудрявых волос, Легран огляделся по сторонам, решив, что надо бы тут освоиться, чтобы не заблудиться на пути к гримёрке.

14

Неспешно последовав за Канной к ряду висящих полотен, Клемент остановился чуть сзади, разглядывая холсты через ее плечо. Первой мыслью при взгляде на кричащее безвкусное безобразие было "Обоже", но он сделал вид, что заинтересован. Казалось, что каждый автор поставил себе незыблемую жизненную цель - сказать что-то важное всему миру, посредствам своих бессметных творений. Помимо фантасмогорных форм, нарочито искаженных пропорций и режущей глаза палитры, Клемент как будто слышал, что некто автор хочет услышать от людей, которые подходят и смотрят на его шедевр. По его мнению, их должен волновать вопрос: "А что хотел сказать автор?". Автор не хотел сказать ровным счетом ничего. Он просто не умеет рисовать.
Возможно, это было чересчур категорично, но при взгляде на то безобразие, которое  кто-то называл современным искусством, ничего другого предположить было невозможно: напускной кураж мастеров живописи и их виртуозная порой способность уходить от прямых ответов о смысле и надобности писать картину раздражала его.
- Но иногда предпочтешь совсем не видеть, - закончил начатую фразу Клемент.
Он перевел взгляд на картину, которая, по всей видимости, привлекла мисс Фэрчайлд.  С творчеством автора Клемент был знаком совсем немного: он как-то видел ее работы, но запомнил их не из-за женских образов, а из-за деревянной фактуры, которая проглядывалась на фоне. Образ был не нов, хотя достаточно забавен: меланхолично-загадочная атмосфера, приятно-пастельная цветовая гамма. Было что-то японское в этом образе, но чего-то не хватало.
- Интересно, почему у автора такие явные японские мотивы, а имя европейское? - Клемент подошел к картине поближе, встав рядом с девушкой, посмотрев на нее сверху - вниз. - Хотя если Вы приглядитесь, то тут есть отголоски модерна. Очень странное, но изящное смешение стилей, не доведенное до абсурдной эклектики.
Клемент очень любил модерн, в любых его проявлениях: эти виртуозно закрученные завитушки и плавные формы с огромными окнами на фасадах порой приводили его в восторг. Но, можно сказать, работа его даже заинтересовала. Это было приятно-неожиданно, что они подошли к этому холсту, а не к нескольким соседним, где автор вообразил себя гением конструктивной мысли с тремя масляными тюбиками на палитре.

15

Мари ели удержалась, чтобы не отдать распоряжение официанту; пришлось нацепить безмятежную улыбку и прошествовать мимо незажженных свечей.
«Ты не распорядитель вечера, не лезь»,- нашептывала себе, старательно игнорируя небольшие ляпы, на такие обычно и внимания не обращают, но если их нет, становится неуловимо... уютнее что ли.
«Вот что бывает при воспитании леди,- внутренне скривилась, ну с какой радости ее должно волновать, горят свечи или нет. Глубокий вдох, выдох, едва заметное подрагивание плеч, когда услышала разговор двух официантов,- не сходи с ума»,- отличный совет, потрясающий. Что ж, у нее есть время для «разговоров с обществом» до начала аукциона, заодно и узнает потенциальных клиентов.
«Выгуляю платье»,- уголок губы дернулся в насмешливой улыбке, и графиня вступила в круг беседующих. Директор какой-то крупной фирмы в темно-синем костюме, шелковом декоративном платочке во внешнем нагрудном кармане (самая лучшая часть мужчины, как оказалось) и золотых запонках, его спутница, молчаливая кукла в платье под цвет галстука Большой шишки и еще пара мелких сошек. Мария недолго постояла, послушал умные разговоры о скачках на бирже и колебаниях на рынке недвижимости, после чего одарила присутствующих фирменной улыбкой, блондинки и с наивностью в тоне, хлопая голубыми глазками, разнесла теорию Директора на мелкие щепки.
Господи, она ведь тоже имеет право развлекаться! К тому же, «маска, а я у мамы дурочка» была выбрана не случайно, как выяснилось, мужчине куда проще простить ум блондинке, нежели не скрывающей извилины брюнетке. Не всем, и не всегда, но именно этот мужчина был классическим приверженцем стереотипов.
«Зачем разочаровывать потенциального покупателя»,- еще одна тонкая улыбка и художница откланялась. Где-то между второй и третьей группкой, Эвергейт заметила Канну, но подходить не стала, собеседнику у американки и так имелись, а покупать певица все равно ничего не станет.
«Какая же я корыстная»,- преувеличенно ужаснулась самой себе и принялась за прощупывание почвы среди новой партии бизнесменов. Правда, где-то через полчаса скитаний, ей до чертиков надоело улыбаться и слушать ужасающее (для нее) восхитительное (для них) мнение о современном творчестве, за сим, златовласка сбежала «от них».
-Виктор?- в это короткое обращение графиня умудрилась вложить удивление, радость, беспокойство и капельку облегчения.- Добрый вечер, Роберт,- девушка протянула руку так, чтобы мужчине оставалось лишь поцеловать ее. Намек был понят правильно, да он вообще был расторопный, Мари весело улыбнулась агенту скульптора и переключила внимание на немца. Хотелось спросить сразу несколько вещей и как его плечо, и на месте ли его «Минотавр», и еще целая куча вещей, но ведущая аукциона ограничилась только воодушевленным «Рада вас видеть».
Плечом он двигает, значит обошлось без ампутации, скульптура мелькнула где-то неподалеку, а все остальное… не так что бы очень важно.
-Как ваш кот?- вдруг вспомнился голубоглазый черт, вызвав у нее теплую улыбку.

16

И все же , эмоции менялись на лице мужчины. Скепсиса не поубавилось, нет. Толика ,а может и целый вагон  пренебрежения или чувства сродни оному роилось  в  прищуре серых глаз. Канна угадывала его настроение, архитектор  разбирался  в  искусстве не в пример лучше нее. Вот так же и она привередничала в музыке, даже неприятно от того что слушаешь не цельную композицию, а разбираешь ее на составляющие: вот тут басы отстают, а тут ревера не хватает…Две стороны одной медали.
Фэрчайлд задумалась над словами Жанне. Можно было вообразить что угодно относительно имени художницы. Допустим, учитывая что как и во многих развитых странах, Япония заражена американизацией. Страна Восходящего Солнца итак горазда перенимать самое лучшее у других народов , затем выдавая  свой продукт ,  уникальный как бы абсурдно это ни звучало. В культурном же плане рождались такие вот гибриды типажа Одри Кавасаки. Поверхностное суждение вовсе не отнимало достоинства этой теории и  американка решила озвучивать дальнейшие предположения:
- Взгляд… Как вы считаете, правда художники  прибегают к психотропным веществам, чтобы  вдохновиться?- девушка  не заметила, как тонким лезвием резанула ухмылка на собственном лице - Такой взгляд ...Будто хочет обнять весь мир, но этот самый мир ее отвергает. Так только под экстази себя чувствуешь!- американка коротко рассмеялась. Натянуто и глухо. Вспомнила, как по -глупости зеленой не раз срывала концерты  будучи под дурью,  в таком состоянии она  микрофон не могла держать , не то что кисть. Время оно и учит и лечит…например обрывать контакты на сутки вперед и изредка наслаждаться нелегальными слабостями.
Мурашки, острыми коготочками царапнули открытую спину девушки. Стоит тут и разглагольствует о наркоте. Ежу понятно, что  она не по наслышке знакома с вышесказанным. О , времена! О, нравы! (с) Хотя этот на ежа не  похож, скорее на дикобраза. Уймись! Хотелось расхохотаться в голос. чтобы снять напряжение:
-А студию вы тоже  решите в стиле Модерн?- Хотела отвлечься от  осоловелых мыслей, а тут  …Из огня да в полымя! Личная трагедия певицы Канны Фэрчайлд отразилась на  покрасневшем до корней волос лице и узкой ладошке нервно  приложившейся к собственно лбу.  Пара беззвучных ругательств и застывшие  секунды в позе соляного столба. Время на то чтобы остыть и переварить . Сболтнула так сболтнула. Мелочь, а достаточно неприятно сознаться что водила мужчину за нос  зная на самом деле, что он архитектор мсье де Монсальви.  Хотя, что тут такого? Все  врут в этом лучшем из миров.  Но лгать как следует, Канна не умела. Иначе давно  сколотила бы целое состояние!

-Ладно , вы стали свидетелем моего позора и теперь мне придется вас убить!- В карих глазах все еще мельтешило смущение, но на дне также тлела надежда: « А может он вообще не понял в чем промашка?». Ага, помним про дикобраза.
Отлепив вопрошающий взгляд от Клемента,  девушка оглядела зал. Кивнула чему-то и  тихо  произнесла  воровато тыкая в направлении укромного уголка , что был ближе к вестибюлю.
И только человеку,  которому пасть  ниже некуда могло придти в голову…спрятаться за  огромным горшком с гортензией:
-Встаньте пожалуйста вот так, а то закон понимаете ли…- Наверняка она  ввела Жанне в ступор, но  терпеть  больше не было никаких сил. Американка  проворно задрала подол платья до самого бедра и…вытащила  пачку сигарет и зажигалку в ней же, из чулок. Вуаля: дешевенький вестерн воочию. По накатанной: прикурила, затянулась…успокоилась:
-Как-то так, да…

Отредактировано Канна Фэрчайлд (2009-11-02 00:54:34)

17

--->Начало

«Только посмотрите вокруг, сколько людей!
Как тараканов
,- брезгливо, держа руки глубоко в карманах, чтобы никого из этих… существ, не посетило даже мимолетное желание коснуться его.
Они называют это знаком внимания,- иронично сощурив темные глаза.
Ты смотри, кто голос подал,- нараспев, почти пританцовывая.
Люди… Давай уйдем. А? Ну зачем нам здесь быть? Люди…
Да тихо ты, мне будет весело! Ох, только посмотри какая цыпа!
Курица? Ты что, голоден?
- недоуменно.
Кретин!- сдержанная ярость,- я про телочек, женщин, дубина неотесанная!
А я почем знаю?- возмущенно, чуть ли не фыркая на каждом слове.
Люди… Давай уйдем!- визгливо, как напуганная мышь».
Столько мыслей, и ни единой Яноша. Сначала он испугался, потом примирился, а недавно … свыкся что ли. Голоса в голове, шизофрения, если статьи в Википедии не врали, неизлечимая болезнь,  между прочим, не самое худшее из ее проявлений. Пока.
«Почти как Жанна д'Арк»,- уже его замечание, отвоевал кусочек собственного сознания.
«И все же, здесь много людей»,- недовольно, поджимая губы и старательно избегая малейших контактов. Одной из причин, почему он перестал принимать наркотики а) голоса все равно не замолчали б) вы когда-нибудь выходили на улицу большого города под воздействием веществ расширяющих сознание (ЛСД, например)? Нет? И не надо. Такое чувство, что тебя вываляли в человеческих экскрементах. Медленно так, со знанием дела и явно получая от этого удовольствие, опустили в огромный чан с этой вонючей жижей. Бела шел по улицам Чикаго, ему казалось, что он слышит мысли толпы и мысли эти были ужасны настолько, что его вывернуло через полквартала. Вот, насколько это было ужасно.
А голоса… это не самое плохое, в конечном счете, он никогда и не был единоправным хозяином собственной головы. Заранее до появления у него Сознания, там поселилась Музыка. Она то и была правителем, барином, царем и Богом, а он так, приживала, ничего больше.
Келети стоял у входа, засунув руки в карманы брюк, оглядывал разношерстную толпу через легкий прищур глаз и едва заметно усмехался. Не столько над представителями высшего сословия, сколько над своей принадлежностью к ним. Еще минуту не двигаясь с места и наслаждаясь своим положением наблюдателя, мужчина сделал шаг вперед, все хорошее когда-нибудь заканчивается, нельзя же в самом деле весь вечер провести у входа?
«Чисто теоретически вполне можно.
Ох, только не начинай!
Пошли к дверям
,- тоскливо,- там хотя бы один человек только».
Главное в такой ситуации (когда в голове начинается баталия) не обращать внимание. Беле порой казалось, если бы перед началом Второй, да и Первой мировой войны главы держав меньше обращали внимания друг на друга, и на территории соседа, они могли бы  обойтись без жертв.
-Виски, без содовой,- Янош редко говорил, потому что редко покидал свою квартиру, а покидал он ее редко, потому что не стремился к человеческому обществу, именно поэтому, а не из-за какой-то другой причины, голос его звучал немного хрипло, словно он болел… или долго не разговаривал.
Янтарная жидкость приветливо сверкнула под лучом лампы.
«Ага, и тебе привет, мой старый друг»,- нет, это должен стать его первым стаканом. Он не пил сегодня, счел это аморальным. С чего вы взяли, что он не может поздороваться с виски? Вот это было бы верхом неприличия, господа! Сколько вечеров, дней, суток, он провел в обнимку с этим прекрасным напитком, и вот сейчас не поздороваться. Ай-ай-ай, нельзя так.

18

Из дома

Ну, Лео как знал - вечеринка для высокопоставленных, бабочки, смокинги, бакенбарды и прочая хрень... Впрочем, сейчас он выглядел точно также, с идиотской черной бабочкой на шее и в черном, как рояль, костюме. Лаковые туфли, заблаговременно сдобренные мазью и тщательно начищенные, позорно не скрипели, но Райан  сам себе пообещал, что после этого радостного события вымоется вместе с ними под душем... и закинет их куда подальше - до следующего такого... события.
"Ну и аквариум..."
Половина "рыб" в нем определенно относилась к хищным. Ну, лохи в таких водах и не выживают...
Пережив обыск на входе, помахав приглашением, Линч-средний (ну, судя по всему средний, так как папа - старший, а еще есть младший брат), небрежно помахивая подарочным пакетом постарался влиться в общество, для чего беззастенчиво спер у проходящего мимо официанта с подноса бокал с шампанским.
-Мерси...
Типа, мы - воспитанные.

19

Ступив на зыбкую почву, Клемент чуть напрягся, бросив взгляд на мисс Фэрчайлд. Как мог такой чистый женский образ навеять подобные мысли о стимуляции воображения? Но нынче модно сочетать невинность и порок, проводя такие логические параллели. Концептуальность, идея без смысла, огда уже не задумываешься над формой, стараясь впихнуть что-то актуальное в четкие грани, преподнося зрителю. Это должно побуждать к размышлениям о предмете, снова возвращаясь к избитой теме о том, «а что хотел сказать автор». Но как искусство может оставаться искусством, если женские образы могут вызывать подобные ассоциации?
Наркотики были весьма скользкой темой: познакомившись близко с ними в каком-то из колледжей, он продолжил близкое общение в университете, но ник чему хорошему это не привело. Навоображав фантастических форм, Клемент брал в руки карандаш, но рисовал совершенно другое, приходя в страшную панику, путал цвета и воплощал непонятно-бредовые идеи, которые приходили ему в голову, о которых он, при случае, обязательно напишет в своих мемуарах, вспоминая студенческие годы. Он мог представить, как черпать вдохновение от действия наркотиков: но это был путь поэтапного саморазрушения. А Клемент привык получать удовольствие от процесса работы.
Ослабив галстук, он потер переносицу, как будто поправляя невидимые очки. Казалось, что девушке был не столько интересен ответ на вопрос, сколько то, как именно он это скажет, чертовски хитрый и проницательный у нее взгляд. Но не спроста же она интересовалась: человеку, не знакомому с наркотиками, не могут прийти в голову такие ассоциации. Похоже, она сама была не рада поднятой теме, но было уже поздно.
- Безусловно, - наконец с серьезным видом кивнул Клемент, на вопрос девушки о художниках . - Вся богема двух прошлых столетия подряд пила абсент и сходила с ума. Дега, Адлер, Ван Гог, Тулуз-Латрек, этот карлик-извращенец - список можно продолжать бесконечно. Верлен, Бодлер и Уайльд, но они к художникам не относятся.
Абсент это тоже наркотик, но сейчас такой не делают, а вместо полыни красят зеленой химией, все равно запах аниса все перебивает. Клемент больше любил греческую водку, все из-за того же запаха аниса и специфического вкуса.
-Если не вспоминать про то злосчастное ухо, то именно абсенту Ван Гог обязан этим безумным желтым цветом, который он не мог получить просто так, - добавил он, растягивая слова. Он не хотел сейчас впадать в рассуждения в области историй знаменитых сумасшедших и алкоголиков, которых он знал достаточно.
Клемент оглядел зал, смотря поверх людей, словно что-то выискивая. Но тут Канна спросила то, чего он ожидал, но явно не сейчас. Выражение лица у него не изменилось, только в удивлении изогнул одну бровь.
- Можно и в стиле модерн, - согласился Клемент, - можно и в классическом, с колоннами и портиком, - издевательски добавил он.
На лице девушке отражалась целая палитра эмоций: досада на свой длинный язык, растерянность, обескураженность от происходящего, недовольство, смущение: невозможно было уловить все, так быстро эмоции меняли друг друга.
На самом деле Клемент находился в полной уверенности своего, если не инкогнито, то хотя бы неузнанности в подобных кругах общества, а тут такой сюрприз. Оставалось два вопроса: «Почему она сразу не подала вид, что узнала его?», «Обсуждали ли они что-нибудь без меня?» и еще дурацкий вопрос из серии «А кто меня еще тут узнал, но обманывал?», но последний всплыл только из-за банального честолюбия.
-Нет, что Вы, зачем применять насилие, если Вы хотите студию в стиле модерн, я не буду из вредности рисовать на плане дорические колонны, - ехидно ответил Жанне.
Но дальнейшие событие были еще забавнее: мисс Фэрчайлд, высматривая кого-то в толпе, стремительно завернув за горшок с каким-то неведомым растением, она задрала подол платья, и как в вестернах из чулка вытаскивают пистолет, она достала пачку сигарет и прикурила. Это было неожиданно. Очень неожиданно Клемент даже не стал спорить, когда она попросила его встать так, чтобы спрятать ее от зала.

20

Арно де Монсальви вошел в зал наличествующий торжественной обстановке.  Поступь хищника помечающего свою территорию резким контрастом с физиономией сияющей почище медного таза.
Без фанфар и  излишнего апломба. Туз растворился было в толпе  когда хлоп!- и сцапала  голубчика престарелая чета бизнесменов управляющих  сетью ресторанов Magnificent Mile. Арно оказывал им посильную  помощь , заслоняя от нападок  подпольных группировок паразитирующих на хлебных местах пищевой сферы. Довольствуясь  хорошими барышами , что отваливало семейство  Браун , предоставлял им   надежную «крышу» и, что также могло позволить им  расширяться в пределах влияния масти кубков и в частности клана, сколь угодно  масштабно.  Солидного вида мистер Алан Браун  сердечно пожимал руку  французу , а  его добропорядочная супруга –Джорджия (каждый раз морщился, назвалась  бы патриотизму ради –Иллинойс?) сюсюкающим сопрано  пела дифирамбы вечной дружбе и сотрудничестве между их …семьями. Туз вежливо поблагодарил ничуть не сомневаясь в правдивости слов четы стервятников, разорвать с ним отношения все равно что пустить себе пулю в лоб. . Переключившись на  следующий поток  желающих изъявить свое искреннее и «…отвсей души» Цербер , сверкая ровным рядом зубов  и  не отходя от кассы  посматривал на маячившего аки призрак отца Гамлета- Диего Агиляра. Рыцарь кубков упершись рогом настоял на том, чтобы сопровождать  брата в качестве телохранителя. Доводы приведенные Арно, что де он и сам-то бывший бодигард, да и кто-нибудь из подчиненных Диеговский вполне сгодился бы на эту роль не возымели ровным счетом никакого действия. . Как об стену горох!  Неспокойно ему видите ли…Тьфу..Пущай  несет вахту !
Признаться, Церберу  тоже было не по себе. Старая выучка, чутье, интуиция , если хотите…Обзор зала дал некоторое успокоение, молодчики рыцаря кубков  там и сям сновали  между гостей. Странно, многие из хлопцев тоже  были в смокингах, все из себя цивилы, ан нет- рожа их выдавала. Звериное нутро и выпестывание  брата наложили свой неизгладимый след .
Отделавшись еще парой тройкой дежурных фраз, де Монсальви  остался с минуту один. Этого времени ему хватило на то, чтобы  просканировать сколько хватало  глаз площадь  помещения. Так, старины Фрэнка не вижу и Уильямсы   видать  запаздыват…Нехорошо. Решив занести всех не явившихся на  его двадцать девятое  день рождение в черную книжку ,а по совместительству зажавших на  помощь детям  страдающих от рака ,   он  тряхнув черной гривой да  снова сверкнув синющими очами направился к группе полезных снобов. Очень полезных, и потому улыбки его стали не в пример слаще тех  тех, что он расточал  до толе.

21

Идти на эту гнусную якобы вечеринку с искусством намалеванным левой пяткой правой ноги какого-нибудь патлатого алкаша желания не было никакого. Одно грело зеленую как доллар душу банкира - возможность попортить веселье щенку Монсальви... как давича он ему его попортил.
Тьфу... ну и мразь же этот Монканда...
Мысленно шипя и плюясь ядом Китон зашел в Шератон, поднимаясь широкой лестницей в аукционный зал. Взяв с подноса подскачившего официанта предложенное шампанское сначала брезгливо осмотрел стекло бокала на просвет - хорошо ли помыто... а то и вообще, на этих кухнях черт его знает какая хрень твориться - наберут мексиканских нелегалов, так они сначала в заднице у себя ковыряются, а потом посуду хватают. А кто за ними следит? Такие же как и они грязные мексиканские выродки, только пожившие тут в Штатах подольше и пробившиеся в супервайзеры.
гнилая система... но куда же от нее денешься? Нам же нужны рабы.
Испепелив небесным арийским взглядом тут же испарившегося из под него разносчика напитков, JK с высокомерной физиономией оглядел болтающихся по залу богатых бездельников, поджав тонкие губы и высматривая собственно жертву торжества - уж точно не современное искусство привело его на это сборище красивых и популярных. Кудрявый итальянец (или он француз?) нашелся к его счастью быстро, потому как утомленный ожиданием Джером Китон, это нечто уже совсем невыносимое в личном общении. Кудрявый байстрюк Адониса еще издалека засветился поряпаной мордой, обклеенной пластырем, чем вызвал у американца припадок умиления.. котенок игрался с клубком, и врезался в шкаф... я щас расплачусь...
Китон запил это дело шампанским, поставив пустой бокал на ближайший столик. Заранее зубасто улыбнувшись (потом может не получиться), Белокурая Бестия направился прямой наводкой к виновнику торжества, тщательно обходя кругом сгрудившихся для зубоскальства господ и дам.
- Арно... - само дружелюбие и солнечное тепло во всем истинно арийском, голубых кровей виде - мы же не хотим спугнуть мышку, правда? - наш именинник! Какой прекрасный повод для личной встречи... надрать тебе задницу Позволь поздравить тебя со знаменательной, хоть и не круглой датой.
При этом Джей с любопытством осматривал последствия столкновения со шкафом - с некоторым сожалением, что не эксперт в криминалистике и не может оценить размер кулака шкафа и угол его приложения к симпатичной мордашке Арно. А было бы забавно.

Отредактировано Джером Фердинанд Китон (2009-11-03 23:51:05)

22

Хотелось сесть совсем по- босяцки , на корточки. У себя в квартире она с удовольствием опускалась на  небольшую подушку что перекочевала из дивана на обдуваемый ветрами балкон. Она сидела и размышляла о насущном, всячески жалея себя , либо хвалясь незначительными достижениями…Только с собой . И с ней. Иногда к ним присоединялись гости: Зеленый Змий или  грибной бэд. Но чаще был тет -а -тет именно с табачной палочкой. …Сидела так пока сигарета не истлевала в пальцах и не обжигала чувствительную кожу. Тогда она тянулась к новой и снова вела  безмолвный диалог. Сейчас же, разговор старых кумушек походил на стремительное перешептывание,  будто была минута, а то и меньше чтобы успеть  поделиться последними новостями.
А поведать ей было о чем: например,  мсье Жанне кажется имел неосторожность рассердиться? Хотя может быть самую малость? Язвительные нотки проскользнувшие в  его голосе ясно давали понять , что он не в восторге от того , что его  водили за нос. Было отчего встать в позу. Впрочем, сейчас нависая  живым обелиском над миниатюрной девушкой, архитектор оказывал ей большую услугу.
Канна выдохнула очередную струю  белесого дыма  маскируя вырывающийся вздох. В самом деле, не  будет же она объяснять мужчине, что не хотела при Легране открывать  свою осведомленность  касательно его персоны? Могли последовать ненужные вопросы, а могли и не последовать... В конце концов, мог бы и сам расщедриться на откровенность! Среагировав подобным образом на фиаско Фэрчайлд , он также с головой раскрыл себя: получается, что  мсье де Монсальви не что-то там  твердил (!) о ней как о певице.., а должно быть твердил(!!!) о будущем проекте.  Осознание этого как-то остудило собственный восторг от  надвигающихся перспектив, ведь скорей всего ей с этим человеком  еще работать. Хотя опять же, по воде вилами писано:
-Извините, если  доставила вам неприятный момент -получай фашист гранату- Поверьте, задних мыслей ни в коем случае не имела…
Проходивший мимо официант  ошарашено глянул на непотребство открывшееся его взору. Канна виновато, но обаятельно улыбнулась приложив палец к губам призывая к молчанию. Узнав в ней знаменитость, тот отчалил с довольным выражением на лице. Всегда срабатывает. –отметила буднично.
Наконец, стряхнув самым бессовестным образом пепел в горшок с цветком, мол в удобрение пойдет, она удосужилась закинуть  бычок в пачку с  сигаретами, нисколько не смущаясь светить второй раз оголившимся на мгновение бедром.
Распрямив плечи американка отошла от стены , которая прикрывала тыл пока она пускала ментоловый дым в воздух. Фэрчайлд взглянула  на ноги обутые в изящные черные босоножки. Пошевелила  пальчиками на носках.  Затем подняла глаза на  Жанне и  посмотрела на него в упор:
-Хоть дорический, хоть ионический…Главное попробуйте меня заинтересовать! -что есть  угодить. 
Последние слова были сказаны значительно мягче, почти  примирительно.
Точно две разные планеты угодившие в одно кольцо более мощной и древней звезды: он -отстраненный  и едва угадывающийся Плутон, она- неистовый и пылающий алым Марс. Сплошь и рядом, нечего голову ломать.
-Вот и начальство пожаловало- Уголки губ взметнулись вверх. По ее взгляду можно было проследить,  где находится в данный момент виновник торжества, Арно де Монсальви.

23

-Нет, что Вы. Неприятно было бы, если Вы спросили, будет ли фонтанчик посреди главного зала студии, - хмыкнул Клемент.
Он очень наделся, что подобных сюрпризов девушка ему не преподнесет, а то, что их заочное знакомство таким неприятным образом всплыло, его уже не сильно занимало. Все играют в какие-то игры, осознанные или неосознанные, и как успешно – это уже другой вопрос.
- А так же с коринфским или тосканским, - не мог не добавить Клемент почти автоматически.
Жанне никогда не курил. Нет, он курил, когда мыл маленький. Все курили в переходном возрасте, но никогда не был зависим от никотина. Ментоловый дым шел тонкой струйкой от тлеющего конца сигареты, растворяясь в воздухе. Запах прокрался в нос, и появилась еле ощущаемая горечь во рту.
-Заинтересовать можно всегда, но вы должны дать мне время подумать над этим вопросом. Не могу же я Вам предложить двухскатную крышу над коробочкой с окнами.
Иногда ему казалось, что он умрет именно от пассивного курения, но это была очередная самоирония. Клемент так же легко смеялся над собой, как и над другими, но при этом выражение на лице оставалось неизменным: он был не мастер лицемерить, врать или менять маски, как женщин и перчатки, он просто всегда недоговаривал, или выражался настолько неясно, что любой следующий вопрос еще больше усугублял туманность его размышлений. Клемент легко находил себе оправдание, смеясь, говорил, что демагогия с годами только сильнее паразитирует.
Когда Канна сказала, что «виновник торжества» уже прибыл, он чуть заметно повернул голову и оглядел зал, проследив по взгляду девушки его месторасположение де Монсальви. С ним рядом стоял какой-то мсье с выражением лица истинного сноба.
- Даа? – протянул он на реплику о начальстве, - а я уж надеялся уйти, отставив подарок себе.
Это, конечно же, было лукавство. Оставлять подарки себе, Клемент не имел особенности, но больно он ему нравился. Это была графика Бердслея, которую он безбожно свернул в трубочку и засунул во внутренний карман фрака, из-за чего тот был немного несимметричен. Сам Клемент любил этого графика в весьма избранных его проявлениях: его поражала виртуозность переплетенных линий и черно-белые силуэты, но сама тематика и эротическая направленность большинства работ его не вдохновляла.
Но в выборе подарков, Клемент всегда руководствовался тем, что могло понравиться ему самому, а не тому, кто этот подарок будет получать. Но менять привычки он не любил, поэтому полагаясь на собственный вкус, выбирал порой совсем странные вещи, не имеющие никакого отношения к чужим интересам.
И сейчас ему пришла на ум мысль, почему он не мог выбрать для подарка что-нибудь более приличное, но как всегда уже поздно.
- Думаете, стоит засвидетельствовать свое почтение или сделать вид, что мы его не знаем? – иронически хмыкнул Жанне, еще раз бросив взгляд в сторону «начальства».

24

Прогулка по залу, где были выставлены некоторые лоты для аукциона, навеяла мысли о восточном базаре, по которому плутаешь, плутаешь, а конца все нет. Роскошные и не очень туалеты, законсервированные улыбки на лицах, разговоры, разговоры, разговоры...
Выцепив взглядом нескольких знакомых, Виктор так же улыбчиво кивнул, и пару раз удачно увернувшись от камер журналистов,  потащил агента в более укромное место, где можно было спокойно вздохнуть от всего этого светского великолепия.
- Гадюшник греется на солнышке. Отогреются и пойдут жрать друг друга. А пока - всеобщее перемирие.
Роберт был как всегда точен в оценках, а затем, словно почувствовав чье-то приближение спинным мозгом, повернулся и, мгновенно войдя в образ покорителя женских душ, томным голосом произнес:
- Мари!
и рассыпался в комплементах подошедшей особе, учтиво склонившись к протянутой ручке. Впрочем, на сей раз в его голосе были искренние и теплые нотки  - фон Штейн удивленно взглянул в сторону подошедшей, назвавшей его по имени.
"Я Вас знаю?" - хотел спросить он, но осекся.
Превращение просто красивой женщины в фею из сказки, когда этого требуют обстоятельства, положение в обществе и этикет светских вечеринок, всегда казалось Виктору одной из самых удивительных особенностей противоположного пола.
- Мари, рад Вас видеть...
Решив, что правильно понял ее взгляд, он не слишком демонстративно, но так, чтоб ей было понятно, слегка подвигал плечом и улыбнулся, показывая - оно на месте, а ее надежды на противоположное останутся лишь надеждами. Поймав руку мисс Эвергейт, поднес к губам и, слегка задержав в своей, весело кивнул.
- Кот борется с мебелью и сейчас вероятно уничтожает новые кресла. Мои царапины тоже заживают... - последнюю фразу он произнес с некоторым нажимом.
Мари держалась молодцом и на ее лице не было ни следа недавно пережитого приключения. Иная девушка скорей всего впала бы в дикую депрессию или, не выдержав, понеслась прямиком в полицию, заручиться поддержкой органов власти в обмен на предоставленные сведения.
Роберт тут же просек особые интонации в голосе Виктора и подозрительно уставился на обоих, пытаясь понять, что он тут упустил и когда эти двое успели на пару "погонять котов"...
Но зал грохнул взрывом голосов  и большинство устремилось ко входу, навстречу виновнику торжества.
Один из самых рьяных папарацци в буйном профессиональном порыве врезался в толпу и, решив пойти напролом, с силой толкнул Мари, попавшую прямо в руки Виктора.
- Светопреставление начинается... - рявкнул Роберт, выставил локоть и невидимым глазу жестом саданул под ребро проворному журналисту. Осколки камеры хрупнули где-то под ногами.
Оттолкнув девушку к стене и слегка прикрывая от напора толпы, фон Штейн сделал серьезное лицо, пытаясь не рассмеяться
- И почему мы всегда попадаем в самый разгар боевых действий?

25

Появление виновника торжества заставило мужчину скептически задрать левую бровь и криво улыбнуться. Ему до всех светских приседаний не было никакого дела. Он просто "пианист". Однако его забавляла реакция окружающих. Мужчины хмурились, другие - улыбались. Женщины хлопали ресницами, или поджимали губы.
"Вот кому я обязан ношением проклятой удавки!" - подумал Марсель, в который раз оттянув надоевшую до чёртиков бабочку средним пальцем. - "Зато плата выше нормы! И певица превосходная, ей бы джаз петь, а не во всей этой богемской бурде ковыряться... Может стоит пойти выразить своё почтение, charmant et toute la joie"
Он невольно огляделся, ища в толпе стройную фигуру Канны, и нашёл её по-прежнему беседующей с Клементом. Мешать её будущему Марсель не собирался, поэтому просто перевёл взгляд в сторону.
- Шампанского, сэр? - - прошелестел сзади тихий голос официанта.
- Non, merci, - мотнул он головой и направился в другую сторону, противоположную той, где находился Арно де Монсальви. Попасть под ноги спешашим его поздравить он совсем не хотел...

________________________________________________________________________
charmant et toute la joie - очарование и всю радость

26

Пожалуй целую минуту де Монсальви сверлил взглядом лицо молодившейся светской львицы - Присциллы Оушен. Определить ее возраст по внешности было решительно невозможно, ибо кожа обтягивала лицо настолько, что замороженная улыбка накачанных ботексом губ, напоминала хищный оскал смеющейся гиены. Француз разливался соловьем в ответных благодарностях, подпитываясь энергией самодовольства и вседозволенности лоснящихся  роскошью «шкур». Начинающий раздражать, приторный голос женщины, наконец, растворился тягучей патокой в гуле общих голосов, и туз едва успел перевести дух, как слух резанул шипящий, как смачный кусок шпика на раскаленной сковороде, возглас туза денариев, Джерома Фердинанда Китона. Что называется «с пылу, с жару». Пока, расплывающийся в благостной гримасе, JK плыл вдоль течения гостевого водоворота, образовавшегося вокруг Цербера, он припомнил последние события двух дней. Помимо хлопот, связанных с последними приготовлениями к торжественному мероприятию, успешность которого закрепила бы  авторитет клана де Монсальви в кругах знающих и властьимущих, также щекотал нервы инцидент приключившийся между Китоном и  его бывшим королем, Фернаном де Монкадой.  Крыса угодила в лапы коту, кошак заигрался с лакомством, да зазевался, вот грызун и  улепетнул в свою нору. Конечно, француз понимал что туз денариев имел  все основания  выпустить весь пар на поставщика "строптивового" товара, представить то что у сутенера в законе такие гм…обширные, а главное, тесные связи с подпольными организациями,  было также предсказуемы ,как изменение настроения у женщин. Придется работать над ошибками.
-Ба! Друг ты мой сердешный, - рукопожатие переросло в  богатырские объятия и  дружественные похлопывания по плечу американца. Со стороны сущие агнцы, сопли в сахаре и прочие «Сю сю». В глазах Арно мелкой россыпью ледяных осколков зияла бездна… Между миром JK и Цербера был «круглый стол» четырех тузов и соперничество в бизнесе всяк там, где их интересы пересекутся. Жесткое и бескомпромиссное. И все же Джером К. вменяем. Можно было с большой долей вероятности быть уверенным, что туз денариев  и пальцем не шевельнет, если овчинка не стоит выделки. Люди де Монсальви вовсю пыхтят над этим «мокрым» делом, но думается, Китону, который еле успел унести свою задницу с «места боевых  действий», где воистину было месту Джорджу Лукасу и его съемочной команде, не слишком  хотелось откладывать срок казни и  вестимо вознамерился свершить ее тут же.... Наснимали бы на худой конец энные «Звездные воины». Печаль. Тоска. Не вынесла душа поэта…
-Какой приятный сюрприз, Джером! Право, я польщен что ты выделил мне время в твоем плотном графике, – приятельское «ты», крепкие рукопожатия…Мишура.

В уголках губ притаились тени. Арно ловил скользкие взгляды американца, направленные на ссадины и прочие прелести вчерашнего мордобоя в клубе «Катарсис». Он-то наивно полагал, что эти атрибуты мужественности придадут его облику некий романтический ореол. Судя по довольной физиономии Китона, можно было делать определенные выводы на счет мыслей американца.
Смазанным взглядом по залу: ребята из масти на местах, заметил своего нынешнего короля, Жанне.  Задумался над тем, скольких бы проблем избежал, кабы назначил архитектора в масть раньше, соотечественник был достоин этой роли в их жестокой игре «в картишки». Ох, торопыга… Только и успел подумать Цербер, узнав Канну Фэрчайлд, с которой он, таки, решил сотрудничать. Однако, есть жилка и прагматичного свойства в Клементе, что не могло не радовать.
Мария Эвергейт, Виктор фон Штейн… все творческие единицы на месте. Вот-вот начнется аукцион, а понять, какие еще камни за пазухой у Китона было бы любопытно.
-Кстати, подарок мне причитается? - нарочито громко изрек де Монсальви, не забыв манерно хохотнуть.

Отредактировано Арно де Монсальви (2009-11-06 19:18:36)

27

Некоторые никчемные представители социума, типа памфлетистов или художников, иногда любят забавляться сравнивая людей с различными животными - так вот сейчас, если бы Китону предложили сравнить себя с неким представителем мировой фауны, то в данный момент американец безусловно более всего ощущал свое родство с каким-нибудь змеем... удавом, например, или питоном. Когда французский мальчишка полез обниматься, он испытал сильнейшую потребность обвить это юное тело десятком чашуйчатых колец, скрывающих мощные поперечно-полосатые мышцы, и сдавить, сдавить так сильно, чтобы прекрасные темные глазки Арно выпучились, выпирая из глазниц недозрелыми глазуньями, и в таком виде уволочь его куда-нибудь в укрытие, под стол, например, где медленно засунуть в длинное тело целиком... и ближайшую неделю валяться там довольным, сыто рыгая и переваривая нежное французское филе.
Какие эротичные однако образы...
Хотя, чему же здесь удивляться - молодой туз кубков даже в поцарапанном виде был возмутительно хорош собой, и гомоэротическая поэтичность крючковода от биржевых операций неизменно вспоминала сей факт, как только оказывалась в непосредственной близости от Монсальви. Захотелось ущипнуть проказника за задницу.
- Ну как же, как же... куда же на день рожденьи без подарка, - сделав над собой усилие, Джей все же смог перенаправить широкий жест руки от филейной части именинника к его могучему плечевому поясу, приобнимая в ответ дружеским жестом "посвященного в круг". Невольно, даже сделал паузу, когда взгляд упал на густую, как у коня-трехлетки, жирно блестевшую волнами у самого носа шевелюру... едва не облизнувшись, и машинально еще плотнее прижав к себе поздравляемого за плечи, - Арно - преданный взгляд удава в глаза кролику, - мальчик мой... - в розовых глазках явственно начали закручиваться спирали, - человечище... какой ты стал большой... - эээ... что я несу? Джей спохватился про себя, понимая, что конский аромат французского парфюма явно уводит его куда-то не туда маргинальными тропами великосветских изречений.
Но не судите строго поэта! В смысле, я хотел сказать, банкира - ежедневно иметь дело с астрономическими суммами чужих денег, а длинные одинокие вечера в постели коротать за папками фин-отчетов... а тут вдруг такое молочное создание в твоих руках - ну как крыше-то не поехать? Впрочем Джей не растерялся: узкая, холеная ладонь скользнула в карман, вынимая маленькую, изящную коробочку черного бархата. Совсем уж распущенный ум чтица бульварных романов живо представит себе при виде этой вещицы колечко с брильянтом, спрятанное внутри коробочки, и, конечно же, ассоциативный ряд - предложение прекрасного принца, стоя на колене, букет, запущенный в толпу розовощеких одалисок и голубой Корвет, гремящий банками по пути к светлому, двухэтажному будущему... но мы, естественно, не позволим себе такой возмутительной чуши.
Подняв руку, американец представил приятелю шкатулку Пандоры, и вложил, с чувством, в протянутую руку.
- Как ни как ты уже не мальчик.. но муж. Однако.. - небесные глубины прозрачного, чистого как горный ручей взгляда, задержались, вперившись, в глазах Арно. Слегка костлявая в суставах, но неожиданно цепкая рука накрыла кулак француза, заполучившего коробочку, сжимаясь крепко на смуглой коже, - подарок личный. Я бы советовал, - голос мужчины приобрел заговорщицкие оттенки и склонился ближе к уху, под романтическими завитками, - ознакомиться с ним в более уютной обстановке. 
Подмигивание голубого глаза.

Отредактировано Джером Фердинанд Китон (2009-11-06 07:43:20)

28

---> La Galleria

«Не думал я, что это так сложно»,- у него было такое чувство, будто он пробежал марафон спринтерским бегом. И вроде бы ничего сложного не делал, платье выбирал, вернее, перебирал их на Анне, и все равно чувство жуткой измотанности появилось. Фирс зарекся более подобным не заниматься и искренне надеялся, что овчинка стоит выделки. Сноу выбрала какую-то кремовую тряпку и скрылась в примерочной, к этому моменту у Тайлера только надежда и оставалась, казалось, что ассистентка перемерила весь ассортимент.
«И все не то»,- после очередного, на этот раз лазурного, нечто, вздохнул и принялся сам бродить между вешалок. Кто бы мог подумать, что выбор платья станет такой проблемой, он-то думал, что это максимум займет полчаса, и то, с макияжем и прочими феничками.
-Вот умеете же, когда хотите,- не скрывая довольных ноток, разглядывал женщину, подождал, пока та обуется и подошел…
Знаете какое бывает ощущение, когда во время игры в баскетбол тебе в живот попадает мяч? Воздух резко спирает и одолевает дикое желание оторвать голову неумелому спортсмену, вот и у Фирса такое ощущение появилось. Мужчина смотрел прямо на Анну и взгляд упирался не в привычную пустоту над головой, а ровно на пять сантиметров ниже, они словно поменялись местами. Противно, ей-богу.
Мда, незадача…
Подхватил испанку под руку и повернулся к зеркалу, после чего весело рассмеялся. Нет, в самом деле, еще раз он эту пытку тряпками не перенесет, а выглядит Сноу просто изумительно, так что, либо голову пеплом посыпать и кусать локти, либо принять все с известной долей юмора.
-Милая, вы сделали даже больше, чем я хотел,- расплатившись и спускаясь вниз, ученый в приступе благодушия произнес,- напомните выплатить вам премиальные.
Консультант спросила, что делать со старой одеждой его спутницы, Сэм отмахнулся «Сожгите, отдайте бедным», но прикусил язык, встретившись со взглядом «его спутницы». Все-таки, даже у него был предел наглости.
Поход к стилисту занял значительно меньше времени, фриковатый паренек быстро скрыл все недостатки и подчеркнул достоинства, особо не увлекаясь цветами, и в результате из La Galleria вышла несколько странная, но красивая пара.
-Ну вот, теперь мне нужно следить, чтобы вас не украли,- помогая сесть в машину, заявил Тайлер, правда, судя по блеску глаз и улыбке, шутил он лишь наполовину.

Вынув из бардачка подарок для де Монсальви, Самуэль задумчиво покрутил коробочку в руках. «Марсельские таро» изготовленная еще в 17 веке в, кто бы мог подумать, Марселе, французский подарок французу. Как любил говорить его отец, даже расшаркиваться нужно со вкусом, что ж, уроки зря не проходят.
-Анна, держите, отдадите имениннику, когда попрошу,- отдал колоду и быстро обогнул машину, открывая дверцу и всячески оказывая знаки внимания. Самуэль не изображал любовника, но и сдержанного равнодушия в его прикосновениях тоже не было. В том-то и фишка, вел он себя, как обычно, не нацепив маску скучающего светского льва или безумного ученого, которой любил порой закрыться от писак, дабы им хлеб, а ему спокойствие. Вот и сейчас перед дверями отеля небольшим табуном стояли журналисты, которым не удалось получить пропуск внутрь, один прыткий акул выкрикнул вопрос, кто его спутница.
-Вы ведь помните, что говорил знаменитый философ? У всего есть объяснение,- усмехнулся,- вот и ищите его,- и увлек ассистентку за собой, оставив паренька позади с комичным выражение растерянности и злобы.
Они появились в «Sheraton» судя по всему в самый разгар, вот уже и камеру папарацци разбили, и именинник на месте. Жаль разбивать его милые посиделки с Джеромом Китоном, но не так сильно, чтоб вылавливать Туза кубков позже.
-Добрый вечер, господа,- со светской улыбкой адресованное приветствие обоим мужчинам, познакомить со спутницей, ничем не оговаривая ее статус (кому надо и так знает, а для остальных… ну какое ему дело, право слово, что завтра в таблоиде появится) и к виновнику торжества,- примите мои искренние поздравления, Арно,- пожать руку, без излишней фамильярности, не прикидываясь лучшим другом, но выдержав все подводные камни подобных обращений,- и подарок,- Анна намек поняла сразу и вручила французу небольшой прямоугольный брусок обтянутый в синюю материю.
Завершив весь церемониал, Тайлер откланялся и отошел с испанкой в противоположную сторону.
-Я сегодня удивительно добр, так что позволю вам выбирать, к кому из этих снобов вы желаете присоединиться?- ученый кивнул на небольшую группку мужчин и скрывающих за улыбками скуку женщин,- как вам они? Кстати, как думаете, смогу потом написать труд на тему, ботокс и его последствия на мировую мораль?

29

Откуда-то <<<

В отличии от большинства местных любителей автомобиля с личным водителем, Анри водил машину сам. Вот и сейчас, подъехав к ярко-освещенному зданию, он дождался парковщика и, регулируемый его взмахами, припарковался на свободном месте. Заглушив мотор, мужчина вышел из автомобиля и, пикнув сигнализацией, быстрым шагом направился к главному входу. Не то чтобы он любил приёмы, элитную публику и пьянки, но, тут его ждала работа, усердная и полная внимания. Взбежав по лестнице центрального входа. адвокат кивнул швейцару, распахнувшему дверь, на входе показал служащему свой персональный пригласительный и, уже не торопясь, полный достоинства и важности, вошел в главный зал. Несколько быстрых взглядов по сторонам и Анри с неудовольствием отметил, что приехал позже именинника. С другой стороны, ехал же он не из дома и не от своих личных дел - он заканчивал работу, возложенную на него Тузом чуть раньше. Он и так едва выкроил время, чтобы успеть привести себя в порядок и переодеться в официальное. Недовольный самим собой, дю Плесси чуть поджал губы, нахмурился и принялся осматриваться дальше. Да, тут были не только представители их собственной масти, имелись и чужаки, причем, как люди со стороны, так и представители других кланов. Отметив для себя ключевые фигуры, которые нужно было: а) Разговорить; б) Обходить стороной; в) Непосредственно работать с ними - Анри решил, что надо бы и свое почтение имениннику выразить.  Нацепив на лицо вежливое выражение, дополненное такой же вежливой улыбкой, адвокат прямиком направился к Тузу, который уже успел оказаться в лапах одного из своих гостей. Неторопливый шаг, внимательный взгляд и французу как раз хватило времени. чтобы понять, кто там лапает его боса и как себя надо вести в присутствии именно этого человека.
Подойдя со спины, Анри тихо кашлянул, привлекая внимание и мягко, ненавязчиво положил руку на плечо Арно.
- мсье де Монсальви, прошу прощения за то, что отвлекаю от беседы, но боюсь, что позже буду занят работой, а Вы будете в центре внимания еще бОльшего количества гостей. Я Вас поздравляю. - Голос мужчины был тихим, сухим, шепчущим. - Мне искренне приятно находиться рядом с Вами, видеть, как Вы взрослеете и морально и физически, как вместе с Вами растет Ваше дело и Ваш профессионализм. Я Вам желаю в дальнейшем только успехов, чистого горизонта и полного отсутствия конкурентов. - дю Плесси бросил на второго Туза внимательный, пристальный взгляд. - Да, пусть все Ваши конкуренты и недоброжелатели сойдут с дистанции до того, как смогут серьезно навредить. - Мягкая, змеиная улыбка коснулась губ. - Я рад, что мне посчастливилось когда-то познакомиться именно с Вами и выбрать именно Вас в качестве дальнейшего будущего. Я искренне рад, что моя вера в Вас и Ваши идеи была правильной. Успехов и верных людей Вам, Арно. - Вообще, в личном общении Анри спокойно общался со своим босом на "ты" и по имени, но тут, в присутствии посторонних, предпочел жесткую субординацию, несмотря на разницу в возрасте. Достав из внутреннего кармана узкую длинную коробочку, упакованную в темно-фиолетовую бумагу без рисунка и перевязанную серебряной лентой, француз протянул её имениннику. - Это мой Вам подарок. Я надеюсь, что практичность этой вещи не принизит её эстетическое для Вас значение. - В коробочке был кинжал, ручной работы, от французского мастера. Представлял он из себя полноценное оружие и мог послужить своему хозяину как для защиты, так и для нападения. При этом его размеры и форма позволяли хранить его так, как было бы удобнее владельцу, на запястье, за голенищем или на поясе, да и использовать, как метательный его было удобно, исходя из тонкости и легкости пера и небольшой рукояти. На самой рукояти был изображен персональный символ масти, она была украшена золотом и чеканкой с изображением цербера, в навершие уходил хвост зверя, где виднелся небольшой рубин.

30

Можно было и не смотреть на дверь, что бы понять – Арно де Монсальви прибыл. Его появление моментально отразилось на лицах присутствующих, подняв вяло текущие разговоры на новый уровень, заставив атмосферу некой аморфности раствориться в возбуждении и примитивном желании увидеть собственными глазами именинника. Еще бы, одна из любимейших фигур прессы, газеты и газетенки в отделе светских новостей с особым пристрастием рассматривали француза, чтобы не сказать – обсасывали.
«Как собаки с костью»,- разве что, француз на эту самую кость походил ровно так же, как пресса на аристократов.
Эвергейт смотрела не на появившегося мужчину, а на лица гостей. С самого детства ее и пугала, и забавляла эта особенность: сколько бы на них не было украшений, сколько тысяч не стоили их галстуки, при некоторых факторах все эти люди становятся схожи на каких-то приматов. Девушка на мгновение прикрыла глаза, чтобы избавиться от этой ассоциации, достаточно неприятной по своей сути, а когда вновь открыла их, то увидела лишь мелькнувшее мимо нее тело и почувствовала толчок.
Вот это было действительно неприятно. Англичанка напряглась, готовая или врезаться в стену, или в вазу, или в другую группку людей, но к ее несказанному удивлению, попала она в руки Виктора.
-Спасибо,- уже потом, когда ее надежно укрыли от толпы, с благодарной улыбкой обернулась к фон Штейну и рассмеялась на его замечание,- начинаю всерьез задумываться о хождении на курсы единоборства,- по губам мелькнула лукавя улыбка,- выйдет из меня девушка Бонда, как думаете?
Знаете, все же роль божьего одуванчика чертовски надоедает, и чувство никчемности и бесполезности тоже не внушает радужных перспектив. И дело не только в субботнем происшествии, а в образе жизни что ли, события в гетто лишь подтолкнули к решению. Большая разница между «казаться хрупкой» и «быть таковой». Нельзя же, в самом деле, увериться в неспособности за себя постоять и каждый раз дрожать при появлении дракона, мифического или живого.
«Так можно потерять всякое уважение к собственной персоне»,- со смешанным чувством ехидства и серьезности.

-Они вам тоже гиен напоминают?- выглядывая из-за плеча скульптора, с обворожительной улыбкой, направленной на сокрытие теста, девушка вновь рассматривала толпу. В этот момент с другого боку от Виктора послышалось чье-то тактичное кашлянье (правда, степень тактичности весьма условна). Тело отреагировала быстрее, чем мозг, губы машинально растянулись в улыбке, а на лице расцвело выражение крайней вежливости.
-Эммануэль, дорогая, как я рада тебя видеть,- и хлопнула длинными ресницами, церемонно целую воздух возле щеки подошедшей. Эффектная брюнетка лет тридцати в обтягивающем красном платье бегло улыбнулась художнице и буквально впилась взглядом карих глаз в немца. Мари пробормотала под нос нечто вроде «а теперь нам даже чудо не поможет», так, чтобы услышал только фон Штейн.
-Виктор, это Эммануэль, ведущая колонки светской хроники в «The Sun». Эммануэль, Виктор фон Штейн, скульптор,- более златовласка ничего не добавила, ни годовой доход, ни популярность. Впрочем, Эмма и так все это уже знала, в глаз явственно читалось.
В два предложения Эвергейт вместила всю нужную информацию, для Вика – держать ухо востро и следить за высказываниями. Шаг не туда и завтрашний выпуск будет пестреть подробностями жизни высшего света, в частности, конкретного скульптора и конкретной художницы.
А журналистка все ластилась к мужчине, еще сантиметр и присосется, как рыба-прилипала. Даже жутко стало. Графиня еще минуту задавалась вопросом, «Какого ж черты ты здесь делаешь, когда именинник обнимается с каким-то мужчиной? Какая статья о гомосексуальности сословия», когда к ним подошел Роберт. Эвергейт переметнулась к нему, и трагичным шепотом заявила:
-Здесь уже сломанная камера не поможет.
Может быть она и была Розой, но  у нее имелось аж четыре шипа, и пусть ад замерзнет, если она ими не воспользуется.


Вы здесь » The City of Chicago » Чикаго /the city of Chicago/ » Лаунж /Executive club lounge/


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC