The City of Chicago

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The City of Chicago » Жилые районы /the urban residential districts/ » Однокомнатная|Трехкомнатная Ф. Д. Мэтерса


Однокомнатная|Трехкомнатная Ф. Д. Мэтерса

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

«Фабиан? Он очень милый молодой человек – всегда помогает сумки носить, шутит много, и улыбка у него красивая. Продукты всегда нужные дает, если просишь… Только вот непостоянный он, да. Женщин водит часто. Правда, с братом еще чаще приходит. Нет, все бы ничего, да вот только стены у нас тут тонкие очень, ну и… шлюхи все эти громко стонут, скажу вам по секрету. Куда тише, когда Фабиан только с братом. Да и забавней.
Рейчел, 70 лет»

«Я ебал.
Фабиан Джеймс Мэтерс»


Самая обыкновенная квартира в далеко не богатом районе, которая только и делает, что состоит из одной комнаты-спальни-кабинета, ванной комнаты и кухни. Никаких изысков, царских убранств и прочей мишуры. Да и на первом этаже расположена, что служит идеальным пунктом наблюдения для особо любопытных жильцов, охающих из-за присутствия в помещении посторонних девиц. Да и на Брайана посматривающих косо.   

Спальня.

Небольшая комната, страдающая от недостатка ремонта, посередине которой стоит двуспальная кровать. Самая обыкновенная двуспальная кровать без шитых золотыми нитками перин. Белое-серое спальное белье, наличие двух подушек. У входа небольшой шкаф, где покоится одежда «на всякий случай».

Кабинет.

Все та же спальня, только к кровати и шкафу присоединились стопки книг. Самые обыкновенные безликие книги, которые могут как посвятить в жизнь гинекологии, так и механики. Разбросаны хаотично, лежат стопками, стоят у стены, завалены одеждой, кроются под чьим-то оставленным нижнем бельем, отдыхают рядом с пустыми бутылками из-под пива.   
 

«Здравствуй, мой бомжатник.
Все еще Ф. Д. Мэтерс»

Кухня.

Самое просторное помещение, самое часто посещаемое помещение. Но вновь без изысков. Вновь плачет по ремонту и хозяйской истинной любви. В кухне есть стол для трапез, который заставлен книгами и чашками, есть стол для готовки, есть стол для цветка, который подарен любящей Фабиана старушкой. Холодильник приютился в углу и стонет от количества бутылок внутри: алкоголь, алкоголь, сок и вновь алкоголь. Еще где-то там прячется еда, часть которой в сковороде. В одинокой тумбочке три чашки, тарелки, вилки и ложки. Соль, перец и сахар затерялись в пространстве, а вся прочая столовая утварь покоится в недрах другого шкафа. Раковина в ванной комнате. Зато есть маленький телевизор. И он работает.

Ванная.

Страдает мечтой о новом кафеле, но Фабиан непреклонен. Унитаз и ванна любуются друг другом, так как стоят напротив. Раковина возле выхода. Над ней висит чистое зеркало, а рядом с ним – полка с таблетками, средствами гигиены и всякое там предохранение на все случаи жизни. На полу валяются книги по кулинарии и только по ней.

Эта квартира вопит о ремонте, но Джеймс, как и следовало предполагать, не слышит предметы мебели и стены, потолки, полы.

Отредактировано Фабиан Джеймс Мэтерс (2010-10-21 13:28:23)

2

|После "Сейфа" и других дел|

Дело было к вечеру, делать было нечего. Точнее – к ночи. Жильцы разбежались по собственным апартаментам: кто ругаться, кто спать, кто развлекаться всеми возможными способами. Фабиану же оставалось переместиться на кухню, расположиться на подоконнике, а потом уже размышлять над судьбой своей глупой, которая не напомнила сначала включить телевизор. Как всегда.
- Иди включи,- попробовал он в который раз уговорить цветок, что даже не шелохнулся, привычно проигнорировав глупую просьбу. Раздражения или умиления сей факт не вызвал, зато угроз – еще как: - И не обижайся тогда, что я тебя не поливаю. Всем тяжело живется – я вот устал, может, а ты сидишь в своем горшке и ни хера не делаешь.
И немного погодя:
- Когда я тебя к самостоятельности приучу уже, а?
Диалога не получилось.
- Ну и хер с тобой, скотина.
Впрочем, Джеймс за месяцы проживания с этим цветком приучился проигрывать любые баталии, потому что «зеленая скотина» обладала немыслимым терпением и аллергии на веселого соседа у нее не было. Так что Мэтерсу всегда только и оставалось, что переключить внимание на более сговорчивые объекты. На себя хотя бы. Однако встать, чтобы налить себе попить, тоже было лень, как и чайник из шкафа достать и раздобыть где-нибудь заварку. Так что бессмысленное времяпрепровождение было послано прямиком к цветку, а из кармана джинсов явились на свет вездесущие сигареты с зажигалкой и одинокий телефон. Таким он был хотя бы потому, что в «бомжатник» не вписывался, так как обладал одним отличительным свойством: телефон был дорогим.
- К бабам ехать бессмысленно, - издалека начал молодой человек, посмотрев на молчаливого соседа. – К тому же вдруг они там все в масках – я ж перепугаюсь и никогда на них не встанет, - продолжил свое повествование-размышление Фабиан, доставая сигарету. – А если не встанет, - щелкнул зажигалкой, - то я лишусь бабла. Поэтому, - прикурил и неспешно открыл форточку, которая сразу не хотела поддаваться, - нет смысла. Так что пусть приедет козлина и сделает мне попить, - подвел логическую цепочку к концу Мэтерс и кивнул цветку. – Извини, мне нужно курить. Ты без воды сдохнешь, я без никотина – в чем проблема? Все, молчи – я звоню.
Джеймс умел болтать и делал это без зазрения совести, когда тот же Брайан стоил из себя молчаливого и наверняка крутого мужика. Но какие бы понты там не были, прилетит сюда он как миленький.
- Здравствуй, моя дорогуша, - замурлыкал молодой человек, рассматривая сигарету. – Я тут все думал, чем же в эту холодную ночь заняться, и вдруг меня осенило-то: у меня же есть брат. Забавно, да? – подмигнул цветку, мол, все прекрасно и развод удался. – А еще брат может согреть меня в эту холодную ночь. Ну и чтобы ты точно уж оторвался от своей суки и отдохнул от нее – на мне нет одежды, только сигарета в руке и телефон возле уха, - вздохнул горько-горько, словно так печально ему было сейчас из-за этого факта. – Хочу семейный вечер.
Конец связи, задумчивое выражение лица.
- Зато поторопится, а про одежду совру – долго уж он ехал. А ты молчи. И пни, чтобы я хотя бы дверь открыл козлине…
А потом уже после минутного молчания раздалась финальная фраза, которой и закончились монологи:
- И пора уже пепельницу купить. 

Отредактировано Фабиан Джеймс Мэтерс (2010-09-04 19:00:47)

3

День у Брайана выдался откровенно хуевым. Для начала, ему с самого утра до охренения хотелось нажраться, желательно, до неадекватного состояния, желательно, в приятной компании, а она могла быть только одна – брат, звонить которому не хотелось. Вдруг он вылизывает ноги, ну, и не только ноги, какой-нибудь тупой бабе, зарабатывая на очередной месяц очень красивой жизни? Портить работу и слушать недовольные возгласы на заднем плане откровенно не вставляло, последнее – так вообще вымораживало, так что Пёс предпочел остаться дома, посвятить время дочке и, конечно же, отдать половину своего и без того не развитого мозга жене. У Кейт Мэтерс сегодня было просто потрясающее настроение… Настроение для получения морального оргазма путем выноса и препарирования мозга мужа. Так что мужчина получил огромное удовольствие, когда очередная особо едкая фразочка развязала руки, и кулак весьма незамысловатой траекторией проделал путь от кармана до лица.
- Да закрой ты уже свою пасть, тупая сука! – прорычал Бешеный, на что получил очень извращенный и полный любви и нежности ответ, после которого последовали весьма и весьма неприятные ощущения ногтей, расцарапывающих кожу. И не где-нибудь, а на лице.
С трудом отцепив от себя психующую жену, Брайан откинул женщину на диван, желая и придушить ее здесь, но будильник на телефоне вовремя возвестил о скорейшем приходе дочери.
- Тебе повезло, сучара, - сказал, как плюнул, проходя в ванную, чтобы намочить вату перекисью и стереть с лица кровь. Всегда ведь можно все свалить на кошку с улицы.
- Сука.
Неизвестная кошка и правда была обвинена, а дочь пообещала ее найти и натрепать по ушам. Жена только похабно скалилась, неотрывно смотря на Пса, который, в свою очередь, сверлил ненавидящим взглядом ее. И все бы, наверное, закончилось очередным трахом с взаимными ударами, поливанием грязью, но и со страстью, однако звонок от брата стал спасительной палочкой в этой пучине однообразия.
Мужчина только облизнулся, услышав наглое заявление, и поспешно начал собираться, ведь предвкушение – великолепный стимул, ускоряющий в разы. Уже через пять минут Брай, сославшись на работу, поцеловал дочь, распрощался вялым маханием руки с женой, ведь та опять начала предъявлять претензии, и направился к брату, сев за руль подаренного им же автомобиля, который в их бедном районе выделялся дороговизной. «Надеюсь, у него есть выпить».
Оба брата не стали переезжать в пахнущие деньгами места, предпочтя остаться в «родных хоромах», так что и жили не так далеко друг от друга. Двадцать минут и Бешеный недоумевающее смотрел на Фабиана, полностью одетого и нагло ухмыляющегося.
- Ну и какого хуя? – с некоторой обидой и злобой спросил Мэтерс, подходя ближе и придирчиво осматривая брата с ног до головы. – И где мой семейный вечер, а? – он положил ладонь на бедро и сжал, хмыкнув, а затем отпустил, предоставляя выбор младшему. - И где мое выпить?

4

Через пять минут цветок признаков жизни не подал, как и не раздался звонок, своим безусловно прекрасным пением вынуждая подняться с подоконника и все же открыть эту надоедливую дверь, которую никто и никогда не учил манерам: гости сами не смогут войти, а она перед ними галантно не открывается. Кошмар. Жизнь Фабиана вообще состояла из одного только недовольства, связанного с весьма строптивыми предметами мебели, какую бы функцию они не выполняли.
- Так всегда, - запричитал Джеймс, которому откровенно надоело сидеть и ждать у моря погоды, в домашних условиях равнявшемуся целой раковине. – Поставлю я все же его греться, как думаешь?
Разумеется, растение решило не делиться своими сокровенными мыслями, дав своему горе-хозяину простор для действий, и продолжило притворяться глухонемым. Впрочем, молодой человек бездействие своего квартиранта уже проигнорировал и нехотя встал с насиженного места, выкинул сигарету в окно, не особо заботясь, если она попадет кому-то в волосы, и полным уверенности шагом двинулся к чайнику.
- Ну, здравствуй, - пагубная привычка – это пагубная привычка, от которой Мэтерс не спешил избавляться. А вдруг кухонной утвари нравится, что с ней здороваются, и она мечтает в скором будущем получать и «спокойной ночи»? Только вот Фабиан не был столь многофункционален, чтобы удовлетворять прихоти якобы прихотливой техники. Вода, кнопка – все прекрасно, все работает, а телевизор по-прежнему молчит. – Я уже устал ждать, - заныл Джеймс, обращаясь скорее к брату, чем к чайнику, который недовольно начинал свистеть. От того факта, что преодолеть разделяющее их расстояние понадобится как минимум пятнадцать минут, легче не становилось, потому что здесь и сейчас хотелось душевной беседы и недовольных возгласов брата. Оправдается. Джеймс вообще любил вешать лапшу на уши и с ангельским видом рассказывать, что опоздал из-за старушки, которая отчего-то потерялась на проезжей части. И бог с ним, что утрировал. Но ведь рано или поздно чудо случается: чайник закипает, звонок раздается.
- Ура, - безрадостно бросил молодой человек и поспешил прочь с кухни, подбирая улыбочку погаже, мол, сам виноват, чего удивляешься. Разумеется, брат был недоволен, ведь ему столь вызывающим способом предложили не просто семейный вечер, а какой-то другой семейный вечер, о значении которого Джеймс недоумевал – он-то пригласил Брайана вместе переночевать и пообщаться. А так… у кого что болит, тот о том и думает. – Думаешь, мой мозг столько вопросов осилит? – осведомился Фабиан, улыбнувшись. – О, их даже три. Первый я уже и забыл, - спокойно промурлыкал, отходя от брата, чтобы закрыть за ним дверь. – Надеюсь, соседи тебя не видели, а то утром начнутся красноречивые взгляды с их стороны… от бабки особенно. И ваще, ты думал, я тут готов околеть, пока мой любимый братик приедет? И слушать причитания баб, что я такой бедненький, блять? Заебало, как и ждать тебя. Сам виноват, - спихнул несуществующую вину и подтолкнул к кухне. – Жизнь ваще сурова и типа несправедлива, так что двигай и не возникай. И для особо одаренных – трахаться я тебя не звал… Когда это семейный вечер стал расшифровываться: «оттрахай меня сегодня», м?  – молодой человек приподнял брови и после этого успокоился. – Проехали, хочешь – свисни. Но я не за этим звал.
Возможно, старший Мэтерс и испытывал так называемый дискомфорт из-за болтливости младшего, однако оба стали такими эгоистами, что зачастую было плевать, хорошо или плохо кому из-за чьих-то привычек. Но ведь всегда найдется способ задобрить: открыть холодильник, например, и поставить перед братом бутылку, подойти близко и шепнуть на ухо свою сокровеннейшую тайну:
- Когда в постели будем, я тебе расскажу кое-что, бра-тик. Интересное, - спокойно пообещал поделиться своим горьким опытом и вызвать либо гордость, либо недовольство. – Пей, дитятко, - кивнул в сторону бутылки и будничным тоном поинтересовался: - А ты чем порадуешь меня, козлина?

Отредактировано Фабиан Джеймс Мэтерс (2010-09-07 17:44:49)

5

Брайану оставалось только хмыкнуть и недовольно поморщиться, когда брат явил миру свой лексикон, явно превосходящий словарный запас самого мужчины, иначе не ясно, как можно столько болтать и не уставать?
- С тех самых, как это говорится без одежды и с явным намеком на то, что ты хочешь быть оттраханным, - зло ответил старший Мэтерс и неторопливо прошел на кухню, садясь затем за стол. А на нем спустя пару секунд появилась бутылка со столь любимым виски, которая приветливо замерцала на свету. Казалось, что на ней, как и в сказке Андерсена, было написано «выпей меня», иначе отчего так быстро скользнул язык по губам, предвкушая тяжелые ощущения? Пес даже благосклонно улыбнулся и почти простил хитрожопого братца, а затем щелкнул пальцами, ухмыляясь, говоря:
- Официант, не желает подать клиенту стакан? Оттрахаю ведь за неповиновение, прямо тут, на холодном грязном полу и без презерватива. - Он горестно вздохнул и закатил глаза, показывая, насколько болезненно все будет, а потому ему совершенно не хочется это делать. Фабиан, видимо, тоже слишком сильно любил свою задницу и не желал ей зла, поэтому вместо привычного «пошел на хуй» подал требующуюся утварь.
- Пасосиба, - по слогам проговорил Мэтерс, натянув такую же гаденькую улыбку, как у брата, и открыл бутылку, наливая темно-коричневую жидкость в стакан. - Присоединяйся, - уже более дружелюбно предложил старший, щурясь одним глазом на младшего. - Лимона не найдется? Или колы?
Мужчина скептически посмотрел на выпивку и решил пока глотнуть без закуски, морщась уже едва заметно - привык. Брайан выдохнул и облизнулся, наливая еще.
- Сука заебала, видишь? - он повернулся левой щекой к брату, демонстрируя «боевые травмы». - Сегодня опять с ней подрались, она проявила небывалую резвость, видимо, хорошо я оттрахал её вчера - тонус для жизни дал. - Брайан хохотнул, неотрывно смотря на Фабиана. - Нам работу обещали подкинуть. Пыльная или нет - не знаю, но бабла будет заебись. Впрочем, как всегда, - он пожал плечами, взглядом скользнув по кухне. - А чо, жрать не хер?

6

Фабиан знал, что супружеская жизнь у брата, мягко говоря, не дотягивала до идеала телесериалов, телешоу о счастливых семьях с милыми белокурыми ангелочками – залогом счастья, верности, нерушимости уз и прочей чепухи, присвоенной мужчине и женщине. Людям любили совать под нос всевозможную чушь, пытаясь выставить ее в самом удачном свете: это тупо, но вы посмотрите на эту верность, на эти чувства – сколько эмоций, сколько счастья, что впору блевать! Зато это так круто, верить, надеяться и ждать своих принцев, которые потом и своеобразно окольцуют. Сказка, развод, детский лепет. Перед ним был прекрасный живой пример того, что по-настоящему делает с людьми свадьба и детишки - рабами, вынужденными терпеть прихоти и психи жены от недотраха, лишь бы малышка не осталась на попечении у шлюхи. Старший давно бы загнобил жену, не будь ребенка, да и не будь ребенка, не было бы и суки, но как-то легче не становилось и на грамм.
- Шутишь опять, - тихо упрекнул Джеймс и не стал противиться желаниям брата, спорить с которым желанием не горел, особенно когда весь разговор сводился к тупому, но столь любимому «я тебя хочу». Даже улыбаться расхотелось. Зря. Мэтерс вряд ли горел желанием любоваться на постную морду младшего, тихонько вздыхающего от судьбинушки жестокой и пошлой. – Держи, - бодро возвестил Фабиан и хмыкнул, заметив разукрашенное лицо брата, о чем смолчал, давая тому возможность высказаться – больно уж редко его козлина болтлива была. – Как мило, - поморщился Джеймс и щелкнул по лбу, мстя за поруганную в мыслях честь. – Не пососу, - копируя брата, произнес по слогам, только губами, вовсе не удосуживаясь напрягать голосовые связки – у него на редкость сообразительный родственник, если это касалось «дел сердешных». – Где-то, может, и было.
Джеймс пожал плечами, задумчиво посмотрев на холодильник, который не возжелал известить хозяина, есть ли необходимые напитки и продукты дома, за что был удостоен взгляда из серии «я так и знал» и весьма нелестного мнения, побоявшегося материализоваться в помещении, которое и так полнилось короткими фразами Брайана.
- Вижу,- столь же неопределенно произнес младший и облизнулся, скосив взгляд на старшего. – Не хило она. Ты-то ее ебешь, - начал он, игнорируя тот факт, что Брайан еще не договорил, - а она тебя ни хуя не удовлетворяет.
Вздох, поворот головы и милейшая улыбка, мол, можешь и не комментировать, ведь я и так порок, который наизусть знает, что в твоей однообразной жизни происходит.
- Очередное дело, очередное «возможно, я пью с тобой в последний раз», - проворковал Джеймс и все же собрался с силами, чтобы проверить собственную догадку: холодильники молчат потому, что внутри них нет ничего примечательного. Так и оказалось, но перспектива быть оттраханным, да еще и на полу прельщала настолько, насколько бегемота розовая балетная пачка. – Ща глянем, если холодильник не того… - Мэтерс засмеялся и похлопал свою тощую технику по дверце, выискивая хоть что-то способное, что сгодится для закуски. Увы. Брата пришлось разочаровывать. – О, тут же баба мне какую-то зеленую хуйню приносила, - столь же бодро возвестил младший, высматривая искомое, спрятавшееся за бутылками пива. – Кажется, оно называлось огурцами, - откровенно заржал, дивясь подарку. – Короче, жри огурцы с мартини… Я думаю, ты будешь в восторге. А о еде я позабочусь. Вам сколько яичек, сударь, а?
Молодой человек, поражаясь собственным акробатическим способностям, особенно рук, выудил чудеснейшее зеленое животное, завязанное в пакетик со всяким чесноком, зеленью.
Очаровательно.
Если жрать это нельзя – ты скажи, а то я давиться и блевать не хочу от несъедобной жратвы, - Мэтерс торжественно водрузил закуску на воображаемый Эверест и отобрал у брата бутылку, чтобы и самому глотнуть, поморщиться и изречь: - Не, сегодня нажираться я пас. Лучше обкурюсь и бегемотов посчитаю. Устал. Все же убивать – это вам не баб ебать и наебывать, - замурлыкал нараспев, через плечо посмотрев на жертву собственного неумения петь, которая признаки жизни хоть и подавала, но орать, чтобы заткнулся, не начала. – Но это потом, - включил воду, чтобы помыть единственную выжившую сковороду, - а то я хер знаю, с какой стороны какое дерьмо слушает. Сдадут еще, - пожал плечами, наскоро справляясь с жиром на относительно пригодной для готовки утвари. – Я сидел – спасибо, устал.
Холодильник нехотя открылся, когда Фабиан потянул за ручку, чтобы взять яйца.
- Надеюсь, ты сегодня хоть жрал, а не только суку свою ебал всевозможными способами. Как же я молю, боже, уеби суку и избавь брата от насилия над собственным засохшим мозгом.
Было как бы потешно, если бы за издевками не крылись корыстные мотивы – Джеймс бы душу отдал, умри эта женщина. Как-то Брайан берег женушку, боялся случайно прибить. Не понять. Младшему – особенно, ведь его подружки легко прощались с жизнью, стоило только неудачливому суженому их возненавидеть.
- А то нажрешься раньше, чем я тако-о-о-ое тебе расскажу, - типа заинтриговал. – Короче, если держишь меня за бабу, то хоть… подними свою задницу и помоги хоть как-то. Только подумай: я с ножом – штаны и трусы не снимай.   

Отредактировано Фабиан Джеймс Мэтерс (2010-09-10 11:18:40)

7

Фаби болтал, бутылка пустела, трахаться хотелось – мир не менялся, а удача явно не собиралась поворачиваться к Брайану задницей, потому что ее лицо и улыбка ему были ну ни капли не интересны. Хотелось уже чем-то да заняться, дабы избавиться от скуки и гнетущего ощущения, что надо бы уже кого-то прибить, чтоб прибитой не оказалась Кейт, ведь злость копилась, руки “чесались”, а приказов пока не поступало. Мэтерсу уже надоело сидеть у будки и покорно ждать, поигрывая длинной цепью. Погода к морю не спешила, только маячила перед глазами призрачным обещанием дел, которых пока, опять-таки не было.
Брайан потянулся, зевнув, пока брат плел очередную полную матов ахинею, и с непониманием посмотрел на всю ту зелень, которую выуживал из глубин кухни младший.
- Это чо? – с заметным недовольством вопросил Пёс, изогнув бровь. – Я на корову что ли похож? На хера мне эта трава? – он помахал огурцом и взглядом указал на неясно что, которое преспокойно себе покоилось в пакете и не обращало внимания на оскорбления. – Как ты вообще живешь, если тебя бабы такой хуйнёй кормят? Моя меня, может, и не удовлетворяет, - изобразил Фабиана и хмыкнул, - но хотя бы кормит нормально.
Огурец был небрежно брошен на стол, а мужчина полупрезрительно скривил губы и закончил свою гневную триаду вполне спокойно:
- А яиц пять. И наёбывай своих тёток получше, чтобы мясо давали да денег больше. А то живешь неясно как, - он обвел взглядом относительно чистую кухню и покачал головой. – И ваще, заведи домработницу. Её тоже поёбывать можно.
Мужчина хохотнул и посмотрел на брата, который летал по кухне прямо как рабочая пчела, видимо, пытаясь придумать, как удовлетворить основную потребность старшего. Он бы и умилился, если бы умел, да и нож в руках Фабиана не вызывал нежных позывов, лишь неприметные вдохи и сетование на скуку – до ужаса хотелось этот самый нож вогнать в глотку какого-нибудь ублюдка. Убивать шлюх – это, конечно, весело, но их пищание уже порядком поднадоело.
- И чем же мне тебе помочь, бабёнка моя ненаглядная? – он даже не стал подниматься, лишь состроил задумчивую морду и постучал пальцами по столу. – Яйца разбить, а то сил не хватит? Ути, бедный мой, иди сюда, я тебя потискаю за щечки и за сиськи, - лающе рассмеявшись, Брайан-таки встал и выхватил из рук брата нож, добавив: - Не бойся, не буду я ничего снимать ни с себя, ни с тебя. Только с яиц.
Он взял из холодильника три, кивнув младшему, чтобы достал остальное, а сам поставил сковороду на плиту и залил маслом, которое небрежно валялось в ящике.
- Чайник еще поставь, а? Я кофе бы ебнул, а то твое мартини – это вода. Виски надо пить, ублюдок, - посетовал Мэтерс и ударил ножом о скорлупу, выплескивая затем содержимое яйца на шипящее масло. – И приправу в своем хламе найди, а то в сухую жрать не хотца.
Издевательство над едой не продлилось долго, так что господь не успел начать жалеть продукты и устраивать катаклизмы с их повсеместным уничтожением, дабы они никогда не попали в лапы Брайана Мэтерса. Конечно, проще было убить самого мужчину, но Пса словно сам дьявол берег, чтобы тот мог продолжать скидывать ему грешные душонки в ад.
Кстати, о дьяволе. Завопивший из кармана мобильник возвестил, что работа сегодня будет точно, потому что похоронный марш стоял исключительно на главном. Брайан резво снял трубку, передав бразды управления сковородкой брату, и даже глаза заблестели от предвкушения, но…
- Хорошо. – Он разочарованно выдохнул и повернулся к Фабиану, всем своим видом показывая, что мир обидел его несправедливостью. – Давай жрать. Там ничего особенного, не думаю, что прям к спеху.
А уже когда несчастная яичница была во вся истыкана вилками и ножами, Мэтерсы соизволили отодрать свои задницы от стульев и отправиться к месту назначения.

Дом у озера

Отредактировано Брайан Скотт Мэтерс (2010-09-12 16:35:42)

8

Фабиан, как и полагалось всем младшим, периодически желающим придушить старших, смолчал и лишь приподнял брови, не отрываясь от готовки, поэтому только стене позволяя довольствоваться недовольным лицом, изображающим вселенскую скорбь по тем временам, когда брат еще ползал и кроме «агу» сказать ничего путевого не мог. Разумеется, «собеседник» поддержал цветок и не пожалел бедную «хозяйку», чьи несуществующие груди грозились осквернить.
- Вот и славно, - совсем бесславно пробормотал Фабиан, сдавшись под напором Брайана. Привычно. Мэтерс любил компанию брата и охотно бы променял своих подружек на семейные вечера, но когда Скотт являлся, то мечтать само собой получалось меньше – в какой-то степени младший побаивался родственника. Лидерство всегда доставалось ему, которое тот то ли переманивал как, то ли силой заставлял вставать на свою сторону, но, однако, Джеймсу легче вновь не становилось – урвать сколько-то гордости хотелось. Хотя бы за ту самую поруганную честь, которая делала вид, что Мэтерса-младшего как бы и не знает. – Сейчас, - молодой человек улыбнулся и полетел выполнять просьбу, сильно не разогнавшись – холодильник уж больно рядом. – И это типа найду. Может. Я понимаю, почему твоя ненаглядная… Кейт, да? Ну да. Почему она тебя не пускает на кухню – ты там как баба… Ну, типа они там правят и бла-бла-бла.
Фабиан выгреб из какого-то нижнего шкафчика какие-то пыльные специи и с гордым видом поставил их перед братом, мол, хвали меня да захваливай, ведь я порылся в склепе. Джеймсу даже показалось, что оттуда веет старостью, трупами – предположительно насекомых – и холодом, но не стал уступать любопытству и вернулся в мир смертных к любимому Мэтерсу-старшему.
- Типа вот. Возрадуйся, - хмыкнул и временно вновь успокоился, наблюдая за готовкой. Он даже почти умилился, чуть ли не разрыдался и с шутки не задушил Брайана в объятьях – тот готовит ему целую яичницу. – А вообще – сдохнуть. Я горд братом. Ах да… чайник.
И тут лицо младшего сделалось весьма задумчивым, и даже не из-за звонка – он же так жаждал, чтобы чайку ему сделал братик, а что в итоге? В итоге Фабиан хмуро посмотрел на зеленого соседа, который стоял и молчал. Нет. Джеймс готов был поклясться, что тот ухмылялся, невидящим взглядом окинув хозяина, что вызвало дерганье глаза. И предположительно левого.
- Да пошел ты.
И уже Брайану, заметив недовольство:
- Ну, папочка же не будет нас заставлять выпрыгивать из портянок и бежать там куда-то, - улыбнулся и забыл, отпихивая старшего от сковороды. – А то еще сожжешь чего… от расстройства. Так что садись и жди, а я пока это, похозяйничаю.
Тут уже в голове переночевали быстро и печальные мысли о «последний раз пьем», но, как и бывает, перепихнувшись, они ушли в другую съемную квартиру, оставив Джеймса с гаденькой улыбкой из все тех же серий «я будто сделал что-то плохое специально для тебя».
- Ешь и не горюй. Руки, ноги, головы еще оторвешь. В конце концов – Кейт есть.
И замолк, научившись с детства, что с набитым ртом не едят. А еще потому, что и с сигаретами этого тоже не делают.

|Дом у озера|

9

|Дом у озера|

В итоге все успокоилось: брат, который решил взять таймаут и не общаться с бешеным младшим, собственный настрой ударился в пофигизм и если как-то и реагировал на окружающую реальность, то вяло и без особого энтузиазма. Счастье, да и только. Маячащая впереди машина тоже вселяла уверенность в наступающем дне, ознаменованным столь гадкой погодой и отсутствием сигарет в бардачке. Даже странно, ведь Фабиан, как добропорядочный курильщик, всегда имел с собой хотя бы одну пачку, а то и больше. Оказывается, далеко не всегда.
- И как тут жить? - забормотал он, обращаясь к радио, которое играло какую-то заунывную песню. Больно уж слезливую и подходящую больше для рандеву с какой бабой, чем для веселых посиделок в гробовой тишине со старшим, разбавленной такими вот обожаемыми американцами и не только мотивами. – Везет же некоторым, - скосил Джеймс взгляд на Брайана и усмехнулся.
Конечно, супружеская жизнь выматывает и присмотр за детьми дорого обходится, но такого спокойного и умиротворенного брата, насколько это определение вообще подходит к Мэтерсу, Фабиан видел редко. Возможно, потому, что просыпался позже, чем его родственничек, возможно, потому, что иногда был похлеще Кейт, доводя старшего до белого каления. Как и сегодня. Молодой человек передернул плечами и вздохнул тяжко-тяжко, словно только что двигал пароход и остался недоволен содеянным. Впрочем, радоваться и правда было нечему: драка, упрек от главного, а еще, если верить словам все того же старшего, кто-то с камерой или чем еще в кустах. Кажется, кукушки просто так не сидят за ветками и не выпучивают глаза, которые потом и свет отражают.
- М… - осекся. Будить не хотелось, а Брайан как назло и откроет свои горе-очи именно тогда, когда младший издаст первый хоть немного внятный звук. – Спи, - произнес губами и вновь устремил свой взгляд на дорогу, не поддаваясь гипнозу дворников, ходивших ходуном из-за обрушившегося на город ливня.
Скукота, да и только, - подумал Джеймс, прищурившись от света фар проезжавшей мимо машины. Возможно, он даже захотел бы каких приключений опять, если бы не желал подумать над поведение да произошедшим. Например, придумать извинения для того, кто о потугах младшего не знал и понятия не имел, как же это больно, когда мозги усердно работают, заставляя думать. – Может, сунуть ему бутылку чего дорогого? – взгляд в сторону. – Не, дешево слишком.
Его брат был достоин большего, чем бутылка, и качество тут роли не играло.
На машину как-то глупо тратиться – у него и так есть. Может, ночью ее раздолбать и подарить новую? – уже измученный взгляд в сторону. – Он мне яйца оторвет. Не…
Джеймс почесал затылок и затормозил на одном из последних поворотов, ведущих к его квартире. Даже улыбнулся. Тут все хотя бы родным было, а не воняло роскошью и не раздражало.
Дом – как-то жирно, да и не так сильно я облажался… - молодой человек провел ладонью по лицу и все же сменил станцию. – Хотя бы кантри. Ну… че там дальше? М… может, пригласить куда? Да хуй знает. Не. Козлина, ты такой сложный, - типа завыл и надавил на газ. – Ничего не буду делать, - отмахнулся и успокоил совесть: - Он же меня избил. Я тип жертва его ПМС. Мда, забыл тампоны, - вздох.
Говорить хотелось, хотелось понять, что возникшая неловкость исчезла. Да просто брату улыбнуться хотелось. Посидеть и обсудить что нейтральное. Но вместо этого, молясь, чтобы все было хорошо и ему опять не врезали, Джеймс заглушил мотор и тихонько потряс старшего за плечо, мол, просыпайся, спящая красавица. Проснулась.
- Приехали, - без энтузиазма известил Фабиан и улыбнулся. И ему показалось, что улыбается он, как нашкодивший щенок, все равно желающий заполучить кость в знак прощения.
Ну, ты старший. Приказывай.

10

Дом у озера

Злость изматывает. Тем более – спонтанная. Так что когда работа наконец закончилась и Брайан сел в машину, единственным его желанием было хорошенько отоспаться. Что он, собственно, и сделал, посадив за руль лучше разбиравшегося в данных дебрях брата, а сам быстро и практически незаметно для себя провалился в пропасть сна. Даже игравшая музыка и шум мотора никоим образом не отвлекали его от этого восстанавливающего силы действа, только вот недолго счастье длилось, так как Мэтерсу все же пришлось раскрыть свои очи ясные и уставиться на дом брата, а потом и на него самого – униженного и оскорбленного. А, если быть более точным, избитого и нечестно обвиненного во всех грехах смертных.
Брайан моргнул, пытаясь придумать, как лучше извиниться, не произнося при том этого самого слова, улыбнулся Фабиану и отстегнул ремень безопасности.
- Что я пропустил? – непринужденно начал Пёс, повернувшись к младшему, и чуть сощурился, припоминая наиболее подходящий прием для задабривания второго щенка-Мэтерса.
Ответ в голове обосновался быстро, так как своего брата Брайан изучил от и до, так что чуть вздохнул, прежде чем натянуть очередную добродушную улыбку и протянул в Фабиану руку, запуская пальцы в волосы.
- Не сердись на меня, братишка, - подушечки коснулись кожи головы, помассировав, а затем уже ладонь скользнула по прядям. – Я погорячился.
Конечно же, Пёс понимал, что на самом деле этого будет мало, ведь младший любил подуться, изображая порой капризную девицу, которая может и в рожу дать, поэтому успокаивать его требовалось лаской да побольше. Пальцы оказались за ухом, потом перешли на щеку, коснулись губ и, наконец, оказались на шее, осторожно касаясь кожи. Может, по спине Фабиана сейчас бегали мурашки от подобных прикосновений, но Брай знал самую любимую его ласку, которой даже шлюхи пользовались, превращая Мэтерса-младшего в довольную лужу на полу – он начал гладить брата по голове, неторопливо, словно смакуя, позволяя и тому наслаждаться, пусть тФаби упорно держал образ недовольной тучи.
- Успокаивайся, - в последний раз улыбнулся и вышел из машины, захлопывая за собой дверь. – Может, в душ сходишь?

11

Ураган на город не обрушился, кирпич на голову не упал – можно было существовать и без энтузиазма теперь улыбнуться, почти незаметно, так что если Брайан хотел увидеть это чудо, то был бы вынужден напрячься и что-то да разглядеть. Но это было не типично для старшего Мэтерса, так что попытка показать, что «вроде как я почти отошел, еще чуть-чуть» провалилась, а Джеймс в очередной раз понял, что терпеть такие непонятки не может. Да и ясно оно.
- Да ничего, - невнятно пожал плечами и посмотрел в сторону на случайного похожего, чей бедный зонтик скорее походил на вывернутый наизнанку тюльпан, чем на самого себя. Пальцы потянулись к радио, чтобы то заглохло и дало насладиться дождем. Или Мэтерс так только думал, или вообще только хотел так думать. – Музыку слушал, машину вел… Один умник подрезал раз, но… Ерунда.
Экспрессия сама собой ушла на второй план, оставив бедного и беззащитного на растерзание. Голого фактически, что хотелось руль хотя бы погладить. А если точнее – нервного.   
- Брай… - высказать, что его брат скотина, хотелось неимоверно, но смолчал, притаившись и сглотнув. Нет, Фабиан мог предположить, что похож на ляльку, которую тискать нужно, но до сих пор как-то не привык к таким нежностям и соплям со стороны брата. И на то были причины. Весомые.
Выдохнул, наклонил голову вперед и чуть в сторону, дабы старшему проще было со всеми необходимыми манипуляциями. И не понять было Джеймсу, что в некоторых вопросах он так и остался ребенком, особенно в вопросах ласки, когда не сам ухаживаешь, а либо чьи-то когтища опасно так царапают кожу, либо вот такие подозрительные типы волю высасывают через подобные прикосновения. 
- Так всегда, - тихо произнес и коснулся пальцами руля, размышляя о своем, практически девичьем и совсем нескромном. Например, что хочет уже выйти. – Но если я тебе че о голову разобью, то ты эт, не обижайся – я ж любя.
Мэтерс-младший искоса взглянул на брата и прикрыл глаза. И уже от наслаждения: гадость сказал – стало легче. Можно расслабиться и вести себя менее скованно, а то походить на бабу какую…
- Брай, Брай, - губы коснулись пальцев, а затем Джеймс повернул голову в противоположную сторону, отстегивая ремень и все же тихо кайфуя. Даже глаза закрывая – очередные причины. Вдох, выдох. – Я спокоен, - не особо спокойно возвестил брат, уставившись на старшего. – И вообще… иди ты.
Вот козел, - ключи с привычным звуком ударились о руль, когда Фабиан вытаскивал их и пытался сунуть в карман не самого чистого пальто. Джеймс вылез из машины и плотнее укутался в одежду, дабы капли не заползали под воротник и еще куда.
- Это ты на всех кидаешься. Я не виноват, - передернул плечами и нажал на сигнализацию. – Да прости меня, красавица, что такой тип тебя касался, - похлопал по двери и свистнул Браю. – Кстати, да – твое добро, братишка, - привычно спарадировал и бросил ключи, чтобы пойти домой налегке и показывать всем своим видом, что в мир пришла гармония – просто близость такая обескураживающая больше не угрожала. – Помоюсь, да. Благодарю за заботу, - неопределенно махнул рукой и неопределенно поздоровался с соседкой, которой не посчастливилось выйти на улицу в этот момент. Естественно, Мэтерсы не были спокойными и свое свободное время за книгами не поводили, но и лица сомнительными способами редко украшали. – Все нормально, - более чем вежливо. – Не поделили… огурцы… зеленые. Удачного дня.
Джеймс взглянул на брата и улыбнулся.
- Огурцы такие зеленые, да, Брай? – даже засмеялся и потянул на себя ручку двери. – Мои апартаменты не столь прекрасны, как ваше любовное гнездышко, но мой холодильник жаждет вас видеть. А че, огурцы тоже. Проходите… мамзель, - он шутливо поклонился и втолкнул Брайана внутрь, чтобы не прозябать на улице. – Тупая погода, - как бы между делом заметил и полез за ключами от квартиры, улыбаясь всем тем, кто с интересом смотрел на процессию из двух братьев – весьма колоритно, если считать, что в грязи, а младший так и вообще разукрашенный.
- Всем так нравится смотреть… Я вот никогда не был таким любопытным, ога. После того, как брат меня поимел. Наш мужик везде мужик. Не злись, козлина, - вяло отмахнулся и подмигнул ребенку, чьи родители курили на лестничной клетке, а он бегал рядом и привычно остановился возле «доброго дяди», обычно отстегивающего немало конфет. – Извини, малышка – сегодня нет ничего, - указательный палец скользнут по курносому носу и Фабиан поздоровался кивком с соседями, отмечая привычное состояние мамаши. – Алкоголь – это бич. Мне вот брат нос даже вытирал, а тут... - улыбка поприветствовала старшего и смылась подальше, пока дверь со щелчком захлопнулась. – Милая девочка… Кстати, о девочках и конфетах: хотел бы вашу прелесть повстречать да потискать – че-т я давно твою ненаглядную не бесил. А это… м-м-м… - закатил глаз и так мечтательно вздохнул. – Короче, я к тому, что я ей сладости купил. Ну, дочке, не этой суке. У нее и так самое сладкое, - Джеймс похлопал Брайана по плечу и пошел в спальню, чтобы выудить из какого тайного угла что почище и поразмышлять над самооценкой брата. От Кейт она страдала. Кейт мужа ни во что не ставила и унижала. В общем-то, в их семье была идиллия – два мазохиста по-настоящему наслаждались супружеской жизнью, скучные будни разбавляя страстью.
- Брай, Брай, козлина, - тихонько напел Мэтерс, снимая степенно одежду.
А самооценку поднимать приходилось только бедному и немощному рабу, который всеми правдами и неправдами давал старшему понять, что каким бы козлом, дебилом – и прочие увлекательные эпитеты - его брат не был, хорошим братом он остается всегда. Пусть гордится, если мозг позволяет.
- Че-т я устал. Душ, да. Короче, - повысив голос, начал свой монолог молодой человек, шествуя в ванную. – Я моюсь, ты пока не напиваешься. Мож, пока чего сготовишь – я хер знаю. Ты тут почти как свой. Удачи и не потеряться в столь сложных дебрях под названием… э… моя кухня!
Естественно, из ванной раздался смех. Ну а как иначе?

12

Фаби любил монологи, что делало их и без того непохожую парочку еще колоритнее. В конце концов, ни один здравомыслящий человек еще не сумел догадаться, что эти двое - самые настоящие братья: ничего общего в чертах лица, ведь оба пошли в папаш, мало чего общего в интересах и абсолютно ничего общего в повадках. Разве что раздражительность объединяла, но это уже вина алкоголя, сожравшего большинство нервных клеток - ничего не значащая мелочь, если сравнивать с тем же образом жизни: Брайан жил в семье и воспитывал дочь, а Фабиан болтался от одной женщины к другой, воспитывая уже своих любовниц, чтобы они как можно охотнее делились своими состояниями. Даже в речи отличия были заметными - старший предпочитал короткие простые предложения, украшенные изящным фак'ом или слэнгом, а младший был способен на куда более длинные и красивые фразы. Да и в литературе он всегда был лучше, а Бешеный делал успехи в спорте; прически они любили разные, стили одежды противоположные, музыку другую. И сложно понять, что могло объединять их, кроме желания убить друг друга, лишь тем, кто был единственным ребенком в семье и вырос не в бедном районе Чикаго. Брайан привык держать подле себя брата, чтобы не лишиться единственного родного человека, ведь матери давно не стало, а отец, может быть, сейчас умирал от крышосносительного оргазма под какой-нибудь красоткой - ему было плевать, ведь главное стояло рядом, открывая дверь в квартиру и привычно неся какую-то ахинею. Мэтерс улыбнулся девочке, невольно подумав о Хейли, которую стоило бы предупредить о задержке, дабы не волновать. В конце концов, не так уж и часто её папа ползал неясно где всю ночь.
И как я ей грязь объясню? - Пес, не произнесший за весь монолог брата и слова, коротко кивнул, желая ему счастливо умыться, и снял ветровку, попутно стаскивая кроссовки. После уже можно было позвонить дочурке и улыбнуться, услышав сонный голос.
- Привет, малышка, - ласково начал Брайан, проходя на кухню, чтобы познакомиться с знаменитым холодильником. - Нет-нет, все хорошо, не волнуйся, - на привычные вопросы пошли привычные ответы - сегодня он не умер и его дочери не придется плакать. - Просто у папы много работы, поэтому он будет поздно. - Дурацкая привычка говорить о себе в третьем лице также подала голос. - Но я приду, солнышко, не бойся. Мама хорошо себя вела? Отлично. Я принесу вам сладостей. Фаби, может, придет со мной. Правда, ты скучала? Он тоже. У него есть подарок для тебя. Да, я не вру. Разве можно врать такой очаровательной леди? - мужчина тихо засмеялся, прикрыв глаза. - Ладно, малышка, мне надо идти. Ни о чем не беспокойся, но если что-то серьезное случится - звони, папа приедет домой. Да-да, я тебя тоже. Скучаю.
Надеюсь, к этой суке не заявятся её чокнутые подружки - в последнюю очередь хочу видеть её рожу сегодня. - Мысленно передал маячок жене, надеясь, что бабская интуиция поможет ей выбрать правильное решение и избежать очередного удара в морду с размаху.
Телефон отправился в карман,нежная улыбка с лица убежала спасаться от смерти в закоулки сознания, посвященные дочери, а холодильник разинул свою пасть, показывая что...
- Мда, - изрек Мэтерс, скептично осматривая бутылки, - весь в меня, сопляк.
Он достал бутылку пива и арахисовое масло, решив ограничиться простым - пара бутербродов. Но сначала надо было хотя бы руки вымыть, потому что грязь неприятным сухим слоем сжала кожу.
''Еда'' была отставлена в сторону, а кухонная раковина атакована, ведь переться в душ и беспокоить Фабиана не хотелось, а руки можно вымыть и средством для мытья посуды. Затем под струю холодной воды попала голова - взбодриться перед многочасовым алкогольным марафоном стоило, чтобы не проиграть младшему, если вдруг решат сыграть в ''Кто быстрее уснет''. Брайан отклонился назад и подхватил полотенце, прежде чем сесть на стул и начать вытирать лицо и руки.

13

Когда Фабиан успокоился и позабыл, что такое кухня и что она вообще есть в его бомжатнике, он решил позабавить себя своим помятым видом и оценить ущерб, нанесенный оскорбленным старшим. Ничего вдохновляющего, как и ожидалось, не отразилось в единственном в квартире зеркале – отражение даже не улыбнулось, а вовсе нахмурилось, повторяя все движения Джеймса: пальцы коснулись разбитой губы, левый глаз дернулся, и Мэтерс недовольно мотнул головой, всем своим видом показывая, что очень расстроен тем, что узрел. Увы, Брайан оценить не мог. Да и вряд ли бы пожалел – одного раза в машине хватило, вина же забыта. Почти.
- Я же еще отомщу, - молодой человек отвернулся и дал отражению расслабиться, а не продолжать копировать повадки. – Подсыплю слабительного, ога, - Фабиан хмыкнул и больше не стал впустую тратить драгоценный минуты и секунды, которые можно было провести с братом – выпить за прожитый не зря день. Ведь если не считать пмс старшего, то все было даже ничего. – Или все же угроблю твою машину.
Кран привычно «поздоровался» со своим хозяином, неприятно скрипнув и кашлянув, а уже после выдав ржавую воду.
Да ты болен, дружище, - Джеймс поцокал, продолжая и в одиночестве не забывать о своей главной привычке и проблеме по совместительству – строить из себя шута и болтать без умолку, если позволяла ситуация. А она позволяла. – Надеюсь, одежда не будет ржавой потом.
Вода сбежала, Мэтерс наклонился вперед, упираясь ладонью в раковину и подставляя голову под струю – мыться сейчас смысла не было, так как оставлять Брайана со всем имуществом, хранившимся в холодильнике, было как минимум опасно – еще не поладят. Или сдружатся, что оторвать дитя от соски не получится. Так или иначе, нежиться в раковине младший не стал и резво закрутил «дружище», вслепую желая найти полотенце, которое, как опять можно было догадаться, рядом не висело и нагло так пялилось с противоположной стены. Поэтому Фабиану осталось только пожать плечами и провести ладонью по лицу, пригладить волосы, чтобы капли не сбегали по лбу, желая обязательно забраться в глаза и заставить чертыхнуться наверняка уже в миллионный раз. И после этих нехитрых манипуляций с собой, Джеймс подхватил наглое полотенце и наскоро вытер голову, чтобы наконец-то во всей красе показаться брату и еще что ляпнуть – лишь бы не молчать и не возвращаться к детским «ты обидел».
- Все же слабительное, - Мэтерс кивнул и потянулся, готовясь выйти на ринг и сразить всю имеющуюся утварь, ну и брата в том числе, своим чувством юмора. Только весело что-то не было. И по нескольким причинам. – А вот и я, - молодой человек мельком взглянул на Брайана и пожал плечами.
И первая причина была банальна, как вопрос «почему это растение молчит?» - осадок останется хотя бы еще на несколько часов, ведь обижаться и играть Джеймс умел.
- И что же день грядущий нам готовит? – фальшиво замурлыкал он, подхватывая со стола стакан, чтобы наполнить водой из-под крана и успеть снять с головы надоедливое полотенце, мешающее любоваться всем происходящим. – Что-то, да готовит, да, козлина? – Мэтерс через плечо посмотрел на старшего и закрыл очередной кран. – Что-то готовит. Я смотрю, ты тут делаешь успехи, - взгляд остановился на арахисовом масле и перепрыгнул на бутылку. – Так мало взял. Я думал, что у меня больше еды, - Джеймс почесал затылок и развернулся к Брайану. Стакан оказался в стороне, не особо удачно завлекая мутной жидкостью. – М… мальчика в детстве не учили, что надо продукты на место ставить? - Фабиан перехватил полотенце двумя руками и подошел к Мэтерсу-старшему, чтобы суметь закинуть «наглеца» на шею брата и потянуть на себя, заставляя встать и все же повести себя как истинная домохозяйка, ценящая свое время – сунуть продукты в холодильник и избавить Джеймса от столь печальной участи.

Отредактировано Фабиан Джеймс Мэтерс (2010-11-13 17:13:05)

14

Фабиан всегда был смелым. В какой-то степени это определялось его дуростью, ведь наличием мозгов оба вряд ли могли похвастаться. Нет, те, конечно, были, но не вырабатывали такую информацию, которая могла бы уберечь от бед и необдуманных поступков. Как, например, этот.
Мэтерсу-старшему оставалось только тяжело сглатывать, глядя на тело, которое перемещалось и несло очередную ахинею, на этот раз с мурлыканьем и еще чем-то зазывающим. Понять было сложно, ведь мысли в голове внезапно превратились в одну единственную точку. И плевать, что на ней Брайан сосредоточиться никак не мог – она занимала все пространство, касаясь своими горячими краями нервов, а те, в свою очередь, противной болью отзывались внизу, вынудив мужчину крепко сжать зубы.
"Ублюдок," – короткая мысль, когда влажное полотенце оказалось на шее, и Пёс отложил в сторону своё, поднимаясь. Может быть, и не было у Фабиана никакого коварного плана по этому поводу, но Бешеному почему-то казалось, что всё не спроста.
- Ты, - с легкой хрипотцой начал он, но замолчал, смотря в глаза. Все же разговоры – не его.
Ладонь как-то сама оказалась на пояснице, когда Брайан резко прижал брата к себе, целуя с привычной обоим агрессией, ведь нежности мужчину не обучали, а вот злости – сколько угодно. Невольно он начал тащить младшего назад, желая прижать к чему-нибудь, чтоб удобнее было, а Фаби и не стал сопротивляться, покорно следуя за братом, затем разворачиваясь, и, наконец, оказываясь посаженным на стол, с которого что-то да полетело – Пёс уже не замечал. Просто целовал, беспорядочно касаясь пальцами тела, кусая шею, прижимая ладонь к паху, чтобы возбудить.

15

Лажать Фабиан умел всегда. По–крупному – лучше всего. И сейчас подтвердил простую истину, которую давно была пора вбить в голову и не забывать: кто-то может перед братом бегать в пачке и махать палочкой, а кому-то все же не стоит старших провоцировать на глупости. В обычной ситуации Джеймс что-нибудь ляпнул бы и расстроил все планы старшего. Только сейчас была далеко не обычная ситуация – бедный избитый, промокший и голый Мэтерс не так уж хорошо соображал, чтобы моментально что-то сказануть и заулыбаться, глядя на обломавшегося Брайана. Поэтому весело и печально обломался сам, повинуясь далеко не самым людским инстинктам: разве будет здравомыслящий взрослый мужик лапать представителя собственного пола, да делать это с таким упоением, что не заметит даже вялости в ответных якобы ласках? Фабиану не хватало считанных секунд, чтобы загореться идеей быть без особых нежностей оттраханым. Ему и жизни не хватило бы – никогда не захочет. И старший об этом прознал уже давно, понимая, что и как стоит делать, чтобы минимальными усилиями расшевелить младшего. Или вообще хоть как-то расшевелить.
- Брай, - шепнул Джеймс, обнимая рукой за шею, когда собственная была атакована укусами, а в голове толпились мысли о том, что в его бомжатнике разводят бардак, вот так просто сбрасывая всякий хлам на пол, лишь бы ублажить себя и немного так порадовать братика. Взгляд заскользил по луже, задержался на этикетке бутылки, и Фабиан выдохнул, возвращаясь душой и телом к старшему неумному ребенку, давно не державшему любимую игрушку в руках. Мэтерс даже как-то по-отечески улыбнулся и шикнул от очередного укуса, после чего зашептал, желая все же не спугнуть настрой брата – каждый имел право на отдых. – Осторожней ты, - молодой человек поморщился и пожалел, что прическа Брайана не позволяет использовать себя в качестве подручного инструмента отнимания жаждущего от желаемого – волосы колются, да не хватаются. – Мне еще бабе объяснять все это опять…
Джеймс был болтлив всегда: днем, утром, вечером, в постели. На столе – тем более. Он был деятельным почти всегда – исключением стал такой вот брат.
Убью на хуй, - подумал Мэтерс и потянулся свободной рукой вперед, желая всему миру и особенно брату доказать, что он не какая-то там кукла, а человек, хоть с трудом и скрипом возбуждающийся из-за всех собственных мыслей, среди которых не было ничего об упоминании однополой любви во всей ее красе. – Машину раздолбаю, козлина, - губы коснулись виска, а пальцы все же сжали ненавистный ремень, который целью не являлся. Но Джеймс, в лучших традициях скромницы, настраивался на нужную волну и боролся с собственными противоречиями: расстегивать что или оставить на совести Брайана.
Плечо, легкий укус, чтобы сдержать вздох и не спалиться – видел Бог, что Мэтерс просто не хотел близости, но отказать не мог. Был бесхребетным животным, которое все же сделало свое предназначение – расстегнуло ширинку и обняло за шею уже двумя руками, чтобы брат мог заняться куда более насущными проблемами, чем бессмысленные в данный момент ласки. Лучше уж пусть целует.
- Хочу тебя, - тихо шепнул Джеймс и закрыл глаза, чувствуя себя героем – самооценка Брайана была в хороших руках.

16

Брайан вряд ли бы смог сказать, зачем ему это вообще нужно – трахаться с Фабианом? Какой-то необычной любви, кроме братской, он к нему не испытывал – во всяком случае, это было его мнением. Но почему-то в голове странный неприметный человечек иногда нажимал на переключатель и у Мэтерса, что говорится, щелкало. Вот как сейчас. В конце концов, он упорно считал себя гетеросексуалом и даже дрочить предпочитал на порно-журналы или на худой конец на свою жену, но никак не на братскую рожу. Однако сейчас все эти грудастые красотки могли нервно курить в сторонке и обиженно вздыхать, ведь Брайана интересовал исключительно сидящий на столе мужчина, расправляющийся с его ремнем.
Раздеваться смысла не было – лишние движения и бесполезная трата времени, а возбуждение ждать не любит, постоянно напоминая о себе приятной, но и жгущей тяжестью внизу живота, которая поторапливает, вынуждая быстро и даже как-то нервно расстегивать пуговицу и молнию, пока губы касаются шеи Фабиана, пока прикусывает кожу, желая чем-то отвлечься, а затем уже пониже стягивает боксеры, вынимая плоть. А еще чертова майка мешалась из-за своей длины, так что Брайан, притягивая брата к себе, злобно прошипел:
- Держи ее, блять.
Отвлекаться на жалкий кусок ткани не хотелось, но все равно пришлось, когда младший выразил недовольство идеей постоянного держания предмета гардероба и потянул его вверх с явным намерением снять вовсе. Мэтерс подчинился, выражая свои эмоции недовольным сопением, ведь он был готов уже к куда более интересным вещам, чем игры в стриптиз, да и руки от этих самых интересных мест убирать не хотелось. Но, опять-таки, пришлось.
Поэтому, как только раздражающая майка перестала касаться кожи, Брайан вновь обхватил пальцами плоть, невольно проведя пару раз, облизнулся и медленно вошел, не желая причинять брату боли. Конечно, без нее вообще никак было не обойтись, но хотя бы утихомирить – обязанность старшего, который старался отвлечь Фабиана простыми прикосновениями и поцелуями.
Вообще, Мэтерс не был нежным и предпочитал брать грубо, не особо заботясь о партнере, но с братом как-то не получалось.
У него и убивать иногда не получалось.
Он вообще иногда и на человека был похож.
Но, не смотря на все внутренние противоречия, Брайан не мог поспорить с тем, что секс с братом ему нравился. Хотя бы потому, что всё происходило молча – не нужно было отвечать на колкие фразы, повторять, как ненавидишь и, самое главное, не было необходимости бить, чтобы заткнулся и перестал причинять боль своими ногтями, которых, в общем-то, у младшего Мэтерса и не наблюдалось. Так что Пёс мог со спокойной душой начать двигаться, держа Фабиана за бедра, лбом упершись в его плечо.
Он не был поклонником ласк и прикосновений во время процесса, и брат не стал исключением, ему лишь повезло не с самого начала нарываться на быстрый темп, ведь пока что Брайан избрал средний.


Вы здесь » The City of Chicago » Жилые районы /the urban residential districts/ » Однокомнатная|Трехкомнатная Ф. Д. Мэтерса


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC